Внебрачная дочь миллиардера

— Папа! — Кира тихо зовет Воскресенского, когда мы на его внедорожнике направляемся в сторону дома, где мы временно снимаем квартиру.

— Да? — взгляд темных глаз Даниила попадает через зеркало заднего вида сначала на меня, а затем уже на ребенка.

— Мне так нравится эта песня. Можно сделать погромче? — моя девочка осторожничает. Несмотря на то, что мы провели целый день вместе, Даниил для нее пока ещё чужой человек.

— Конечно! Ты слова знаешь? — прищуривается он. Боже мой! Это вообще тот самый Даниил Воскресенский, которого я знала пять лет назад?

— Знаю, — отвечает Кира.

— Тогда споём вместе? — предлагает мой бывший супруг, чем добивает меня окончательно.

— Но она же на английском, — возражает ребенок. — Разве ты знаешь английский язык?

— Знаю, Киренок, — голос Даниила звучит мягко. — Я часто бываю в командировках в разных странах, и без знания языка мне было бы очень сложно. Давай, подпевай.

Воскресенский начинает подпевать, постукивая пальцами по рулю и кивая головой, чем вызывает улыбку на лице дочери. Она моментально подхватывает, потому как играет ее любимая песня. Обычно мы с Кирой делаем точно так же, как и Даниил. Включаем на всю катушку и кричим во все горло слова песни до такой степени, что люди в проезжающих рядом автомобилях в буквальном смысле высовываются из окон.

Я чувствую, как улыбка трогает мои губы, и невольно касаюсь пальцами их уголков. Эмоции бьют через край. Мне оказывается не знаком этот мужчина. Чёрствый трудоголик, не знающий слова "нет", уж чересчур противоречит этому заботливому и общительному человеку, которого смело можно номинировать на премию "Идеальный отец". И боюсь, что первое место как раз достанется Даниилу Воскресенскому.

— Зайдешь к нам в гости? — с надеждой в голосе спрашивает Кира, как только заканчивается песня. — Я покажу тебе, какие игрушки привезла из Лондона.

— Если мама не против, то с радостью, — я вновь встречаюсь с темными глазами в зеркале заднего вида. Воскресенский использует запрещённые нечестные приемы и прекрасно знает об этом.

— Мама не против, — спокойным голосом произношу я, отводя взгляд в окно.

Несмотря на усталость, Кира не умолкает ни на минуту, рассказывая Даниилу о своих увлечениях, любимых игрушках и о подругах в детском садике. По правде говоря, я едва узнаю свою девочку. Говорят, что дети чувствуют людей. И, судя по всему, Даниил не так уж плох, раз настолько быстро получает расположение дочери.

Воскресенский стоит в дверях, потому как прихожая в съемной квартире довольно маленькая, и трем людям здесь определенно не уместиться. А, учитывая габариты моего бывшего супруга, так и подавно. Я быстро снимаю босоножки и прохожу в кухню, тем самым освобождая место.

— Пап, ты будешь торт? Мы сегодня утром купили. А мама нальет тебе чай, — я слышу детский голосок и прикрываю глаза. С такими темпами, с которыми сыпятся предложения в адрес Даниила, Воскресенский и вовсе останется у нас ночевать.