Хочу тебя вернуть

— Читал много. И кино смотрел, обучающее. — Смеётся Тайгир даже когда я швыряю в него подушкой.

Смываю с себя пену под горячим душем и даже с закрытыми глазами понимаю, что в ванной я уже не одна. Сложно объяснить, особенно самой себе, почему я почти физически ощущаю его взгляд? Тем более, что уж я-то точно знаю, что нет у человека таких рецепторов, что были бы способны распознать, что на него смотрят.

И, тем не менее, чувствую. Словно вижу, как он рассматривает изогнувшееся под струями воды тело, вспыхивают следы его укусов на шее, как будто откликаются на присутствие того, кто их оставил. Огненная волна скользит по татуировке, буквально за секунды ставшей настоящим фетишем для Тайгира, сильнейшим афродизиаком, от которого его желание просыпалось, словно он и не утолял голода своего тела.

Вот и сейчас он костяшками пальцев обводит линии рисунка, вставая рядом со мной под струи воды. Я смывала шампунь с волос, когда он зашёл, поэтому сейчас стою с задранной головой, которую ещё больше оттягивают длинные мокрые волосы, и с закрытыми глазами. Тайгир сильно выше меня ростом, без каблуков я едва достаю ему до плеча. Сейчас он замер, склонившись над моим лицом, его руки скользят по моему телу, дыхание становится чаще.

И я улыбаюсь. Я ничего не делала, а он заведён. Как он сказал ночью, мне достаточно просто быть.

За прошедшую ночь я получила десятки его поцелуев, от самых нежных касаний до злых и голодных, почти укусов. И мне кажется, что я уже знаю какие мне нравятся больше всего. Вот такие как сейчас, яростные, жёсткие, полные желания и демонстрации силы этого мужчины. Коварные, заставляющие сердце сходить с ума и разгонять кровь до непредставимых скоростей. Отнимающие способность дышать, порабощающие, заставляющие сдаться и не помышлять о сопротивлении.

Но и в то же время, возносящие на недосягаемую высоту. Поцелуи, превращающие обычную и ничем не выделяющуюся меня в нечто неземное. Богиню, царицу…

Я плавилась под этим яростным водопадом мужской силы, чувствовала, как во мне пробуждается голод. Ничем не уступающий тому, что владел в эти минуты моим мужчиной. Такой же жадный, такой же всепоглощающий и такой же привязывающий меня к Тайгиру. Потому что кроме него, никто не сможет его утолить. Никогда.

Резкий рывок вверх заставил меня распахнуть глаза от возмущения. Тайгир подхватил меня под бедра и, прижав к тёмному кафелю, буквально насадил на себя.

— Я кому говорила никаких нагруз… — договорить я не смогла, потому что Тайгир просто заткнул мне рот поцелуем.

Его руки были заняты, помогая мне двигаться вверх и резко опускаться, так что мне достаточно было только отвернуть лицо, чтобы прервать поцелуй и довысказать своё возмущение. Но я же не сумасшедшая, чтобы отказываться от своего особого удовольствия.

— Ведьма! — хрипло выдаёт, уткнувшись лицом мне в шею, Тайгир. — Не может смертная дарить столько удовольствия и вызывать такой голод. Мне тебя мало! Ночь прошла, а я словно и не был с тобой. Моя собственная ведьма!