Персиковое солнце

Просторная студия в новостройке элитного жилого комплекса на берегу Дона понравилась Ане изобилием света и дувшего с реки прохладного воздуха. А еще она могла здесь, отгородившись от всего человечества, писать свою музыку, любуясь завораживающим видом из окна с бескрайним степным пейзажем, нескончаемыми полями и какими-то населенными пунктами на горизонте. Аня впервые в жизни почувствовала себя свободной и, в меру своего понимания, счастливой. Она обставила на свой вкус квартиру, приобретя дорогостоящую мебель, кричащую о своей стоимости и дурном вкусе владелицы, но раз вычурная мебель способна обрадовать человека, который ее приобрел, наверное, это оправдывает ее существование?!

Аня часами сидела у окна, вертя в руках любимую флейту, и задумчиво глядя на пробегавшую за окном жизнь. С высоты восемнадцатого этажа люди казались крохотными насекомыми, более похожими на подлинных себя, чем вблизи, когда они пытаются преувеличить собственную значимость в глазах окружающих с помощью дорогих авто, карьерных достижений, известных лейблов одежды и бесконечных рассказов о том, какие они крутые и непревзойденные в сравнении с менее удачливыми соплеменниками.

То ли для развлечения, то ли чтобы скрасить свое одиночество, Аня купила мини-колонию муравьев в прозрачном контейнере со стеклянными стенками, похожем на рамку для фотографии, со всех сторон отрытую для людей, подглядывающих за частной жизнью насекомых. Она с любопытством смотрела на мини-мегаполис муравьиной колонии с королевой, ее охранниками и рабами, а также бесконечным выводком личинок, которые со временем станут будущим ее колонии, даже после того, как старая королева умрет и ее место займет молодая прародительница нескончаемой муравьиной семьи.

Ане было скучно до ужаса. Нечего было желать, не к чему стремиться. Идти работать она не хотела, да и не могла, формально не имея никакого образования. Не официанткой же или дворничихой ей идти работать, тем более, природа наказала ее нереально развитым интеллектом. Так что же делать?!

Игра на флейте и музыкальное сочинительство развлекали Аню, ненадолго принося чувство приятного опустошения и умиротворения, но не давали ощущения полноты жизни. Аня, лишившись человеческого общения, стала чувствовать себя вампиром на голодном пайке. Ни интриг, ни противников, ни любовников, ни секса… Сплошная тоска!

Ане пришла в голову странная мысль. Она купила профессиональную японскую видеокамеру, установив ее на штативе напротив широкого окна с видом на левый берег Дона. Аня, задрапировавшись в полупрозрачный белый шелк, как античная богиня, сделала высокую прическу и, с флейтой в руках, величественно восседала в специально приобретенном для съемок кресле, больше напоминавшем трон. Эротическому образу полуобнаженной красавицы добавляло пикантности то, что Аня скрывала верхнюю часть лица за алой шелковой повязкой и в таком виде, с завязанными глазами, играла на флейте потрясающие воображение мелодии собственного сочинения. Она даже придумала себе подходящее имя: «Слепая Богиня».