Постепенное приближение. Хроники четвёртой власти
- Автор: Богатырёва Наталья
- Год: 2022
- Язык: русский
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Постепенное приближение. Хроники четвёртой власти». Краткое содержание книги:
Содержит нецензурную брань.
Борис Ильич к числу хомо пишущих отродясь не относился. Эпистолярный жанр осваивал в составлении различных партийных справок и докладов. В советской прессе для освещения партийных буден этого было достаточно, а в «Обозе» свои функции он ограничил хозяйственно-экономическим и кадровым кругом, да отслеживанием верности подчинённых задаваемому идеологическому курсу. За творческую сторону дела отвечал Сокольский, занимавшийся читкой сдаваемых корреспондентами материалов.
К Лебедевой Триш относился двояко. Как руководитель, он не мог не чувствовать, что в этой сотруднице развивается и зреет недюжинный потенциал. Ни один из корреспондентов «Обоза», да, пожалуй, и других городских таблоидов, не умел так легко добывать информацию, «схватывать» важную тему и читабельно подавать её. Получалось так, что Лариса, единожды подготовив с какой-нибудь организацией материал, завязывала с новым респондентом если не дружеские, то деловые отношения. У неё всюду были знакомства, она по любому вопросу быстро находила консультантов. Поэтому её корреспонденции, статьи и репортажи отличались и злободневностью, и глубиной, и чистотой фактуры. За ней не нужно было перепроверять подаваемые сведения. Благодаря чёткости работы Лебедевой газета уже не раз выигрывала судебные тяжбы, возникающие после некоторых её публикаций.
И всё же Тришу с Ларисой было неспокойно. Сдача «знаков» относилась к самым незначительным из её грехов. Лариса имела задиристый характер, что часто становилось предметом и внешних конфликтов вроде нынешнего неудовольствия банка, и внутренней редакционной напряжённости. Да и случай с ОБЭПовцами тоже показателен, хотя, к немалому всеобщему удивлению, Лебедева опять-таки победно вышла сухой из воды. Триш, пока эта дамочка числилась в штате, чувствовал себя сидящим на стуле с прикрученной к сиденью бомбой.
Словом, ершистая прима местной журналистики вызывала у профессионального аппаратчика желание то покрепче ухватиться за неё ради успеха газеты, то, в интересах собственного спокойствия, навсегда с ней распрощаться. Но главный редактор «Вечернего обозрения» никак не решался принять ту или иную сторону…
Теперь-то Лариса знала, сколько у неё знакомых! Город мигом наполнился новостями. По разным каналам и канальцам просочилось известие о том, что за подписью Лебедевой вышел острый материал о неординарном для нынешних мест событии из банковской сферы. До этого в их краях выдающиеся хакеры не водились, и писать о них не приходилось никому.
Одним из первых отзвонился Вадим, пресс-секретарь банка. Не ей, конечно, а Тришу; столь важной птице снисходить до какого-то корреспондента не по чину! Он поблагодарил газету и лично главного редактора за правильно поданный материал, вскользь поинтересовался, как на критику отреагировал ОБЭП, и был неприятно удивлён результатом. Банкирчик, видимо, полагал, что Ларису следовало бы морально высечь за непочтительность в отношении грозной силовой структуры.
Шли звонки от коллег, с которыми Лариса когда-то трудилась в многотиражках, и которых теперь жизнь разбросала по разным углам города. Кто хвалил, кто поругивал за излишнюю резкость, а кто и просто говорил, что она сумасшедшая, сующая свою бестолковую башку куда не следует.
Позвонили даже из Союза журналистов, куда её не так давно приняли, сказав, что зауральская журналистика крепнет.
Провинциальное медиа-сообщество, не избалованное яркой событийностью, бурлило так интенсивно, что в конце концов Лариса вынуждена была отключить телефон. Иначе за болтовнёй, пусть даже приятной, не успеть к завтрашнему утру отшлифовать «Крота».
Она будто на крыльях летела: сбывалось желание о выстраданной публикации. Вся нервотрёпка, все комплексы и неудачи последних дней ушли куда-то, сделались неважными, не заслуживающими внимания. Главное сейчас – сделать стоящий материал. Он должен быть живым, ёмким, достоверным, чтобы страшная фигура убийцы была прорисована во всей своей уродливости. Пусть читатель хорошенько рассмотрит эту нечисть, этого выползка из иного мира, иной реальности. Мира, который делает заявку на помыкание жизнью других людей, недосягаемо лучших и светлых.
Иногда она прерывала работу и задумывалась, потом с жаром возвращаясь к долгому рассказу Кротовой…
Стоп! А ведь та прямо говорила, что Валерий – преступник, может, даже убийца. И тут же, будто спохватываясь, быстро начинала осекать себя: она-де точно ничего не знает, это девочки на что-то такое намекали. Так знала о готовящемся злодействе, о доле несчастных парней, или нет? И если знала, то почему хотя бы ей не сказала, если уж сама побоялась заявить в прокуратуру и милицию? Непросто всё в этом семействе, как непросто! Но ей, Ларисе, прежде чем подозревать, тем более осуждать Елену Николаевну, надо бы до конца выяснить, что там у них произошло за последнюю неделю.