Его жажда

— К-кто это?

— Это Дороти, — последовал ответ.

— Дороти?

Я была обескуражена. Ведь наорала на обычную женщину. Ту самую, которой отказала. Она просила меня помочь ее сыну, а я отказалась что-либо делать.

Сомневалась, чувствовала, как грызет совесть. Меня тянуло к этой истории. И вот она звонит опять, в такой странный вечер.

— Простите, что звоню так поздно…

— Откуда вы знаете этот номер?

— Но ведь вы его сами мне дали.

— Точно… — терла я устало переносицу. — Я была немного не в себе, простите. Я забыла, что давала вам свой номер.

— Вы говорили, чтобы я звонила в любое время, если что-то произойдет с моим сыном. С моим Робби…

— А что-то произошло? — спросила я с опаской.

И мои опасения подтвердились.

— Произошло, — ответила женщина. — Мне очень нужна ваша помощь. Прямо сейчас. Умоляю.

В ту секунду мне самой нужна была помощь.

Помогать незнакомым людям — как мне это сделать? Просто выслушать ее, дать совет? Дороти столкнулась с тем же, что и моя мама. Кое с чем непонятным, ненормальным. Ее сын был необычным мальчиком, а это нужно научиться принимать. Не мечтать все изменить, сделать ребенка "обычным", чтобы никто не задавал вопросов, а именно принять человека таким, каков он есть. И полюбить.

Для этого нужна прочная эмоциональная связь. Она возникает только в паре с любящими тебя людьми. С родственными душами. А это не всегда возможно — отыскать такого человека… который готов любить в тебе все странности. Даже если иногда они пугают.

— Хорошо, я вас слушаю. Что произошло?

— Произошло то, что мой сын — он говорит порой жуткие вещи.

— Жуткие вещи? — повторила я. — Вы бы не могли мне рассказать, привести какой-то пример…

— Робби говорит, что видит будущее. Я вам уже об этом рассказывала.

— Да, я помню. И я вам сказала, что это могут быть обычные детские выдумки.

Дороти взяла небольшую паузу. Видимо, не знала, рассказывать мне или нет. Я слышала в ее голосе сомнение — мать необычного ребенка сомневалась, стоит ли нам углубляться в проблему, если я настроена скептически.

Но затем она взяла себя в руки и сказала следующее:

— Сначала Робби был обычным, ничего странного и пугающего. Просто тихий застенчивый мальчик. Мы с мужем его любили так же сильно, как и всех остальных.

— У вас много детей?

— Да, Камилла, много. Мы любим детей, любим воспитывать малышей, уделять им все свое внимание. Мы живем детьми, понимаете? Вам знакомо это чувство? Вы ведь женщина…

Я разомкнула губы, чтобы ответить. Но подходящих слов не нашлось. Может, я и женщина, но детей у меня нет. Мне незнакомо то чувство, о котором говорила Дороти. Я могу лишь догадываться, как это — иметь ребенка, заботиться о нем, переживать за него, пытаться ему помочь. Беспокоиться, если с ним что-то не так.

— Уверена, у вас хорошая семья. Вам очень повезло, что муж положительно настроен на детей.

— Мой муж просто золото. Это правда. Мы с ним прожили в браке уже двадцать лет, часть наших детей уже стала взрослыми. Они закончили школу, пошли в колледж. Я уже стала бабушкой, дочь родила мне внучку. Но… с Робби что-то явно не так. Он не такой, как все. И остальных наших детей это пугает. Мы боимся, что однажды он сделает что-то плохое. Что-то неправильное.