Пока живы — надо встречаться
- Автор: Соколов Юрий Федорович
- Год: 1988
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- ISBN: 5-265-00073-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Пока живы — надо встречаться». Краткое содержание книги:
— Дельно, — сказал он. — Хорошо бы привлечь и Сеню Иванова… Ему ведь силищи не занимать.
— Действуйте. — Теперь Лопухин был уверен, что они, сделают все, чтобы там немцы не докопались…
А здесь… «Час от часу не легче», — нахмурился он, когда ему доложили, что подручные «черного дракона» кого-то увели в комендатуру. Чердачный наблюдатель, доложивший об этом, не смог узнать кого, так как на голову его было что-то наброшено. Лопухин снова и снова принимался расспрашивать, как тот выглядел, какая фигура, походка, рост.
— Нет, ничего не могу сказать… — виновато ответил наблюдатель. — И по фигуре не могу определить…
— Ну иди, — улыбнулся одними глазами Лопухин. — Только об этом — никому. Ясно? Чтоб не было лишних разговоров.
О том, что специальные службы в лагере вербовали тайных осведомителей, он давно знал и не сомневался, что они имеются в его блоке. Довольно часто — виском, затылком — он чувствовал, что за ним наблюдают. А то откуда бы немцам знать, что ежедневно происходит в больших, палатах? Нередко по чьим-то доносам уводили в панцирь-казарму тех, кто скрывался от гестапо. И какова была их дальнейшая участь, неизвестно. Может, отправляли в офицерский лагерь, а может, в Германию.
«Одно неосторожное, опрометчивое движение, панический вскрик — и нагрянет свора, — думал он, проходя по палатам». К счастью, таких выявилось немного. Переговорил со Стасюком и Липскаревым, чтобы те со своими людьми не выпускали паникеров из виду, не оставляли наедине со своими мрачными мыслями.
Лопухин еще продолжал беседовать с причастными к подкопу людьми, когда в коридоре первого этажа показались старший полицай Копейкин и Кузенко.
Почувствовав неладное, Лопухин подошел к ним.
Злой от природы Копейкин прошипел ему в лицо:
— Может, вы ответите, господин шефартц, где Поляник?
— Не имею понятия, — не удостаивая его даже взглядом, отрезал Лопухин.
— Ну, я его из-под земли достану!
— Послушайте! — Лопухин брезгливо оглядел невысокую, плотную фигуру в лихо надвинутой кубанке. — Вам надо быть более осмотрительным! Вы же не знаете, что будет завтра!
— А что будет завтра? — с наглой ухмылкой спросил Копейкин, но не выдержал взгляда, поджался и, потирая ладонью живот, двинулся в общую палату.
— Долго мы будем его терпеть? — свистящим шепотом спросил Кузенко. — Я велел Харитону сегодня же прикончить гадину.
— Не сме-еть! — едва сдерживаясь, произнес Лопухин. — Из-за одного — погубишь всех.
— Рано или поздно все одно утопим в уборной! — дернул носом Кузенко.
— Марш отсюда! — крикнул Лопухин звенящим голосом.
Кузенко юркнул за дверь, а Лопухин долго не мог успокоиться. «Сейчас нельзя срываться, — приказал он себе, выходя наружу. — Нельзя, и точка».
Он обошел корпус снаружи, думая о том, что в конспиративной организации самое главное — железная дисциплина, а Павка не отдает себе отчета в действиях и своими опрометчивыми поступками может подвести всех.
Сверху, из открытых окон, послышалось беспорядочное бренчание и треньканье, и вскоре зазвучала мелодия о Катюше, выходящей на берег крутой. Немцы и пленные, роющие траншею, стали поглядывать в сторону блока. Солдаты стояли на расстоянии друг от друга с автоматами на изготовку. Унтер-офицер выжидательно поглядывал на гауптмана Ноэ, приближавшегося со стороны офицерских домов, покрикивал, поторапливая землекопов.
Лопухин мимоходом покосился на сухощавую фигуру гауптмана, и опять в душе его заскребло, заныло больное чувство.
Если увели Поляника, то почему же его ищет Копейкин? Нет, тут что-то не так. А может, это маневр? Макс послал предупредить… И в сигнальную он не вернулся…
Лопухин знал, что Поляник — один из тех, кто был осведомлен о готовящемся побеге десантника Гончарова. К нам его рекомендовал Гриша Белоус, а в первый блок он попал из карцера в полумертвом состоянии. После выздоровления выполнял незначительные поручения. Задания усложнялись. По отзывам — вспыльчив, горяч. Неужели?.. «Нет, нет, это самое худшее, что можно предположить, — отогнал подозрения Лопухин. — Здесь какое-то недоразумение».
А сверху уже доносились знакомые звуки «Синего платочка». От нежной мелодии сжалось сердце, к горлу подступил комок. Одолеваемый горькими мыслями, Лопухин подошел к подъезду. Он думал о Полянике и о летчике Николае, которого среди землекопов узнал Максим Иевлев; размышлял и о том, что говорил ему Липскарев о «десятом». Вспоминал, оценивал, анализируя, и постепенно пришел к выводу, что предательство исключено. Гестапо не любит утруждать себя ожиданием. Давно бы пришли.