Тора-кай. Книга 3. Пробой сфер

Красный огонек записи погас, Мизуки подняла голову от дисплея.

Такэда изысками не занимался — просто осмотрел троих оставшихся, подошел к одному из них и просто без изысков свернул ему голову с отчетливым треском позвонков.

— Эта скотина меня хорошо в живот напинала просто так, от удовольствия, — он брезгливо вытер руки одноразовой салфеткой.

— Ну вот про это я и говорил, никакой грациозности, — пошутил я. — А в шоу нужно что? Зрелищность.

— Ну вот сами и занимайтесь, — поморщился он. — Мне это удовольствия не доставляет.

— Поверьте, мне тоже, я не любитель пытать людей, — сказал я. — Но мы сейчас снимаем рекламный ролик, промку, а так я бы их устранил просто, быстро и без затей. Просто некоторые не понимают, с кем связались, и я хочу им это напомнить.

— Сэнсэй, оставьте Хэби мне, — подал голос Ронин.

— Ты думаешь, сможешь его разговорить? — скептически сказал я.

— Смогу. Но пока их двое, говорить он не будет.

— Ну это препятствие мы устраним, — сказал я. — Легко, быстро, прямо сейчас.

— Как хочешь сделать? — сказала Кошка.

— Для зрелищности — применю Раздавливание и Большую Силу, — сказал я. — Ронин, унеси стул с Хэби, а то забрызгает.

— Да куда уж дальше, — он скептически посмотрел на расписного, в брызгах и потеках чужой крови. — Пускай смотрит.

— Пускай. Мизуки, камера!

Под зажегшийся красный огонек я подошел к оставшемуся якудзе.

— Последнее слово есть? Желание там?

— Не надо! Жить хочу! — заверещал заячьим голосом борёкудан.

— Нескромные у тебя какие-то желания, — сказал я. — Извини, я не Сегацу-сан и желания плохих мальчиков я не исполняю.

— Я все скажу! Не убивайте! — завыл он, пуская слезы.

Ну вот, воспитательная работа с местным населением приносит свои плоды.

— Я тебя не убью, если все расскажешь, — по крайней мере, это было честно, у нас здесь очередь для этого. Уступлю желающим. — Выключай камеру.

— Добрый ты, — вздохнула уже приведшая себя в порядок Хитоми.

— Берите его с Такэдой, отведите в соседнюю комнату и подробно расспросите, о чем он знает.

— А потом? — спросила она.

— Отпустите, — я поднял взгляд, как будто показывал на небо.

— Так грохнуть его или нет? — спросила она по импланту.

— Конечно, по-моему это и так понятно. Но в награду сделайте это легко.

— Ладно.

— Ну что, Ронин? Ты говорил, что Змей запоет? — спросил я у нашего заплечных дел мастера, опершегося на стул с привязанным пленником.

— Еще как, — встряхнул жалобно заскрипевший стул Ронин. — Может быть даже фальцетом, если будет несговорчив. Да, Хэби?

Он ласково потрепал его по голове.

— Ты же знаешь, что такое «Красный Тюльпан»? Вы эту пытку для осведомителей кэйсацу применяли? — ласково осведомился у якудзы Ронин. — Ну вот пришла пора и на себе опробовать, как это здорово, хорошо, и весело.

Татуировки стали отчетливо видны на побелевшем как мел якудза, губы затряслись, а на лице выступил холодный пот.