Подпольный турнир!

Каратэка вновь перешёл в оборону, а значит превратился в неприступную крепость. Он стал неуязвим для моих детских ударов, но вместе с тем лишился своей чудовищной скорости. Его мышцы задеревенели — растеряли былую пластичность и взрывную мощь, а значит каратэка вновь становится легкой мишенью для моего секретного оружия.

Только я собираюсь выпустить волну Ку-Айки в сторону обороняющегося каратиста, как Мичи снова предупреждает меня об опасности:

— Семпай, осторожнее! — но я уже и сам, боковым зрением, замечаю, приближающиеся, неприятности. Ко мне, на всех парах несется жирдяй-рикиси. И для своих немалых габаритов, вкупе с огромным весом под два центнера, бежит он на удивление бодро.

По видимому, рикиси заметил, что его товарищу приходится несладко и решил прийти к нему на помощь, а не продолжать гоняться за изворотливыми мальчишкой, в лице моего кохая.

С легкостью ухожу от столкновения с разогнавшимся сумоистом, благо дух «Бэнни», даже после пропущенной подачи, все еще при мне. Бросаю вдогонку жирдяю волну Ки, но тот, словно дикий зверь почуявший опасность, отскакивает в сторону и Ку-айки уходит в молоко. Сегодня точно не мой день!

Пока сетую на судьбу-злодейку, жиртрест проворно разворачивается на месте и вновь бросается на меня. Призрачный медведь за его спиной встаёт на дыбы, отчего становится раза в два выше собственного хозяина — не к добру это! Вот только узнать к чему приведёт это преображение, я не успеваю. На рикиси обрушивается Раттана, ее летящее колено с отчётливым стуком стыкуется с виском сумоиста — уф, это должно быть чертовски больно! Девчонка вложилась в этот удар на славу, ее ритуальные татуировки просто пылают. Их мистический свет с легкостью пробивается сквозь одежду девушки в области живота. Но одним коленом все не ограничивается. Тайка и не думает приземляться на тротуар. Вместо этого, она прихватывает руками жирный затылок, ставит ногу на объемное бедро, чтобы получить точку опоры, и из этого импровизированного тайского клинча всаживает ещё одно колено в голову рикиси. Мясистое лицо сумоиста идёт волнами от чудовищного попадания. Его широкая, как у бульдога, челюсть попросту съезжает куда-то вбок. Матерь божья, да такими ударами можно сваи в землю заколачивать! Я вообще удивлён, что челюсть не вырвало с корнем после столь жесткой подачи. От лицезрения свёрнутой набок нижней челюсти меня отвлекает каратэка, точнее кенкон за его спиной. Квадратный вырез посредине монетки в очередной раз съёживается. А это может означать только одно — живучий ублюдок оправился от потрясения и собирается контратаковать. При этом, судя по повороту его голову и взгляду направленному вдоль улицы, целью каратэки является одна дурочка с луком. Даже не знаю хорошо это или плохо. Периодически мне и самому хочется удавить мелкую гадину. Но одно дело исполнить задуманное собственными руками и совсем другое — отдать эту шмакодявку на растерзание какому-то левому чуваку.