Император двух Империй [litres]

Еще один пожар в горящем Константинополе.

Последние сотрудники посольства и прочие подданные Кайзеррейха спешно занимают места в кузовах грузовиков.

Вот и все. Впереди долгий тысячекилометровый переход сквозь охваченную паникой и пожарами страну. Туда. На юг. В Палестину. На соединение с германскими частями.

Но для этого необходимо так или иначе переправиться на азиатский берег. Пока же единственная остающаяся в их распоряжении лазейка – двигаться вдоль европейского побережья Босфора на юго-запад, стремясь достичь Текирдага до входа туда русских, которые застряли на подступах к Мраморному морю. Если, конечно, его подчиненным не удастся раздобыть какую-то посудину, чтобы переправить на ней четыре грузовика. Или хотя бы людей.

И одному Богу известно, удастся ли им добраться благополучно. Грузовики слишком лакомая цель для бегущих от наступающей русской армии. И если от гражданских беженцев они отобьются, благо в колонне было три пулемета и полсотни единиц прочего огнестрельного оружия, то удастся ли им отбиться от толп османских дезертиров, которые прихватили свои винтовки с собой? А такими бандами полны все дороги.

К тому же не факт, что в Текирдаге им удастся раздобыть транспорт через Мраморное море.

Фон Кюльман уже не раз жалел, что не дал распоряжение покинуть посольство еще вчера. Но как он мог покинуть посольство, когда уничтожение секретных документов еще не было завершено? Тем более что русские вдруг споткнулись об османские укрепления, давая таким образом сотрудникам посольства время завершить начатое. И что бы он тогда сказал в Берлине? Впрочем, до Фатерлянда еще нужно добраться.

Город во многих местах горел. Временами попадались руины от русских бомб, но чаще всего пожары были следствием поджога. Явные мародеры сновали там и тут среди пожарищ, таща на себе какие-то тюки. Что они будут с ними делать, если русские уже совсем рядом? Где-то запрячут и постараются переждать оккупацию? Так вряд ли она скоро завершится.

Впрочем, есть такая порода людей, которая хорошо устроится при любой власти.

Улицы Константинополя бурлили. И если в предыдущие дни это бурление скорее напоминало хаотически кипящую воду, которая часто полнилась настоящими водоворотами из голов и рук, то теперь это скорее была бурная река, которая вся текла в одну сторону – на юго-запад, прочь из города.

– Герр посол! Мы не проедем!

Вся набережная перед Галатским мостом через бухту Золотой Рог была запружена людьми, которые так или иначе пытались попасть на мост. Однако его двадцатипятиметровая ширина не позволяла пропустить всех желающих, причем было очевидно, что толпа прибывает намного быстрее, чем могла пройти.

– Двигай вперед потихоньку.

Шофер с отчаянием бросил взгляд на посла и вновь посмотрел вперед, оценивая бесконечное море голов впереди.

Четыре грузовика медленно двинулись, и тут же кто-то угодил под колеса передней машины. Поднялись крики, десятки рук ухватились за дверцы и борта грузовиков. Кто-то из посольских не выдержал и дал предостерегающую очередь из пулемета в воздух.