Контракт на молчание

Я невольно кошусь на безупречную задницу худощавой Элейн и прихожу к выводу, что если под третью она подразумевает треть от нуля, то, конечно же, одного дня достаточно.

— Я бы тоже с удовольствием прокатилась. Завидую.

— Чему? Будь у меня такой красавчик жених, я бы каталась не на велосипеде.

Секунда мне требуется на осознание того, что Элейн только что сказала, а потом я заливаюсь краской до самых корней волос, и подруга начинает хихикать.

— Думала, вам не понравился Клинт, — бормочу я, стараясь спрятать смущение.

— За ребят говорить не возьмусь, но какой девчонке не понравится мрачновато-сексуальный двадцатишестилетний плейбой? Тебе повезло.

Приходится признать, что сказанное Элейн меня всерьез царапает. За прошедшие выходные Клинт ко мне не притронулся, и я испытывала по этому поводу одно только облегчение. Едва ли это здоровая реакция невесты на новость о сорвавшемся интиме! Мне нужно было время успокоиться и прийти в себя после поцелуя Эперхарта, а не втягивать в эту грязь еще и третьего. Я до сих пор не понимала, как вообще все случилось и почему я не нашла в себе сил оттолкнуть босса. Действительно ли виной всему адреналин, или я приняла взвешенное решение? У меня не хватало собственного опыта, чтобы ответить на этот вопрос. И никогда не находилось подруги, с которой можно было бы обсудить такое. Не с Элейн же советоваться! Она уверена, что у нас с Клинтом все хорошо. И я уверена. Или была уверена до вечера пятницы…

Когда мы заходим в лифт вместе с десятком других сотрудников, обернувшись лицом к выходу, я мгновенно замечаю в холле высокую фигуру Эперхарта. Как у меня это получается? Там же просто яблоку негде упасть в это время! В носу щекочется воспоминание о его пресловутом парфюме. Оно настолько отчетливое, что впору заподозрить какого-нибудь другого мужчину в использовании того же аромата. Но ведь на каждом человеке аромат пахнет по-разному, а я запомнила тот самый, что неразрывен с владельцем…

Впору признать: то ли непристойным предложением, то ли чем-то еще, но он всерьез меня зацепил. И то, что я испытывала от встреч с этим человеком сплошь комбинацию из суеверного страха и восхищения, ничуть не помогает. Все ужасно неправильно. Я обхватываю себя руками и жду, когда створки захлопнутся. Только затем выдыхаю с облегчением. И чувствую его ровно до сообщения Боуи:

«Брифинг менеджеров проходит в конференц-зале на третьем этаже в восемь сорок пять. Не опаздывай!»

Медленно осознавая новость, что это обо мне, я поднимаю взгляд на электронное табло и вижу, как пятерка сменяется шестеркой. Паника захлестывает меня без остатка, и я с криками и требованиями пропустить бросаюсь к дверям. Силясь вспомнить, где я еще в первый день обнаружила лестницу, конечно же, направляюсь не туда. В итоге разворачиваюсь и лечу на своих каблуках-ходулях обратно по всему коридору в другое крыло. Чудом никого не сшибаю. По лестнице скатываюсь едва ли не кувырком и прибываю на место в восемь сорок четыре. Растрепанная, с огромными глазами и горящими щеками и губами. Ни на кого не глядя, плюхаюсь на стул и выкладываю ежедневник.