Французские народные сказки. Попался, сверчок!
- Автор:
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Эксмо, #эксмодетство
- ISBN: 978-5-699-91917-8
- Жанр: Сказки народов мира
Электронная книга - «Французские народные сказки. Попался, сверчок!». Краткое содержание книги:
Очень тосковала лягушка, когда исчез в лесах её Бернардинет. По прошёл ещё год, и превратилась Солнышко из зелёной, пучеглазой лягушки в юную красавицу. Всё бы хорошо, да никак не могла забыть Солнышко своего Бернардинета. Тогда-то и отправилась она в те далёкие края, где затерялся её друг. Знать, подсказало ей сердце, куда надо идти.
Много она исходила дорог, во многих городах и селениях побывала, но Бернардинета так и не нашла. Совсем уж отчаялась Солнышко, и вот как-то раз остановилась она возле дома булочника отдохнуть и видит — идёт свадебная процессия. Глянула она на жениха да так и обмерла: жених-то не кто иной, как её Бернардинет.
Едва прошла процессия мимо, опомнилась тут Солнышко, подбежала к булочнице и попросила у неё кусочек теста. Отказала ей булочница: нет, мол, у неё теста, и лишь после слёзных просьб нашла всё-таки в квашне маленький комочек теста.
Схватила Солнышко тесто, вылепила из него двух крошечных голубей — голубя и голубку — и что-то зашептала над ними.
И вдруг ожили голуби, полетели прямо к жениху и невесте. Летают над их головой, кружат... Вот голубь-то и говорит голубке:
— Гур-гур-гур... Поцелуй меня, голубка.
— Гур-гур-гур... Не поцелую я тебя, — отвечает голубка. — Всё равно забудешь ты обо мне, как Бернардинет о своём Солнышке. Вон стоит у ограды его Солнышко, а он её словно и не видит. Совсем её забыл!
Услыхал Бернардинет их воркование и тут же всё вспомнил. Значит, оказалась любовь сильнее колдовских чар! Оставил Бернардинет невесту и к любимой своей подруге подбежал, крепко обнял её, усадил на коня и умчались они прочь, неизвестно куда.
Да и не важно, куда они умчались, где жили и что делали. Известно лишь, что с той поры никогда они не разлучались и были счастливы до скончания дней своих.
«Берник, бернак!»
ак-то раз заказал один бедняк сапожнику башмаки и по своей бедности долго не мог с ним расплатиться. Надоело сапожнику напоминать бедняку о долге, вот и говорит он ему:
— Послушай, Жантуане́ль, хочешь, я помогу тебе вернуть долг, не заплатив при этом ни единого су?
— Как не хотеть!
— Ну тогда уговоримся так. Должен ты с этой минуты всё время молчать и на все вопросы да расспросы отвечать двумя словами: «берник, бернак». И пока я сам не сниму с тебя этого запрета, молчи! Запомнил?
— Конечно, запомнил. Тверди себе одно и то же: «берник, бернак» — вот и всё, — обрадованно закивал головой бедняк и пошёл к себе домой.
Пришёл он, а жена и спрашивает у него ворчливо:
— Где это ты пропадал, голубчик?
— Берник! — смиренно отвечает ей муж.
— Где? — удивилась она.
— Бернак!
— Ой батюшки! Что это с тобой? Уж не рехнулся ли? — всплеснула жена руками.
Но ничего другого, кроме «берник, бернак», она не услышала. Что тут делать? Бросилась она к соседке и давай жаловаться:
— Ой, горе, горе! Сыплются на мою несчастную голову напасти!..
— Что-нибудь неладное случилось? — полюбопытствовала соседка.
— Ну как же! Муж-то мой вроде с ума тронулся.
— Не может того быть! Ведь был он в полном рассудке. Ошиблась ты, наверно.
— Как это ошиблась, ежели разучился он по-человечески разговаривать. Знай себе твердит одно и то же: «берник, бернак!» И ничего другого от него не добьёшься! Пойдём к нам, вот и убедишься сама, что не ошиблась я.
Согласилась соседка их навестить — ведь это же целое событие в деревне! Пришла она к Жантуанелю и говорит:
— Доброе здоровьечко, сосед! Как живётся-можется?
— Берник!
— Что ты ерунду болтаешь?
— Бернак!
Так и не добилась соседка от Жантуанеля другого ответа.
Решили тогда женщины сходить к приходскому кюре. Может, он излечит несчастного, вернёт ему разум?
Прибежала жена Жантуанеля к кюре и — бух! — в ноги:
— Ваше преподобие! Ваше преподобие! Пойдёмте скорее к нам домой! Ведь муж-то мой совсем рехнулся!
— Неужто рехнулся? Что-то не верится мне, — усомнился кюре.
— Сами подумайте, ваше преподобие, разве может быть человек в своём уме, коли говорит одно и то же: «берник, бернак»?!
— Вот оно что... Ну, я заветное слово знаю, живо его вылечу! — Господин кюре любил прихвастнуть. — Только это будет стоить десять франков, — добавил он тут же, ибо ещё больше, чем прихвастнуть, любил кюре денежки получать.
Вздохнула тяжко бедная женщина, однако согласилась.
И вот пришёл кюре в дом Жантуанеля и говорит: