Там, где я тебя нашел

— Не говори ему, — выдавила я, царапая ногтем прозрачную столешницу. Встала, взяла с мойки тряпку и преувеличенно тщательно вытерла и так чистую поверхность, на которой еще днем мы с Юсоком любили друг друга. Все это глупости. Детский сад и ерунда. Я все забуду, конечно же, я должна. Вернуться в свой удобный, безопасный кокон, где никто не сможет причинить мне боль. Мне не пятнадцать лет, и я обязана взять себя в руки. Но почему-то сердце разрывалось на куски, и оставить Юсока казалось подобно смерти.

Через несколько минут он спустился вниз с объемной спортивной сумкой на плече. Мы поднялись ему на встречу. Было ощущение, будто произошедшее объединило нас с Джин У, а с Юсоком развело в разные стороны. Я чувствовала себя обманщицей, когда смотрела в растерянное лицо Юсока, судорожно поправлявшего воротник рубашки и растрепанные волосы. Его взгляд хаотично метался с меня на Джин У, руки поочередно хватали то обувь на полке, то теребили лямку на плече. У меня сердце кровью обливалось. Я не знала, как его утешить. Но самое ужасное, что мне было невыносимо от мысли, что я вижу его в последний раз. И даже не могу попрощаться, не выдав своего решения сбежать.

— Не спорь с директором и делай все, что тебе говорят. Это не тот случай, когда тебе надо показывать свой характер, — наставлял напоследок Джин У, легонько похлопав Юсока по плечу. Затем коротко взглянул на меня и отошел, давая нам возможность поговорить.

Мои руки дрожали, и я не смела взглянуть Юсоку в глаза. Я понимала, что поступаю правильно, но все равно чувствовала себя предателем.

— Алекс, я обязательно вернусь, дождись меня, — зашептал он, горячо прижимая к себе. — Я все решу и приеду.

— Угу, — промычала я ему в плечо, до боли прикусив губу, чтобы не расплакаться. — Не думай обо мне, решай свои дела.

— Нет-нет, не говори так, будто хочешь проститься! — он отстранился, испуганно глядя на меня. Его руки стиснули мои плечи. Это невыносимая пытка. Не могу, не хочу ему врать, не хочу расставаться! Ну почему-почему все должно быть именно так! Как хорошо, что Джин У все еще не включил свет, и в полумраке гостиной Юсок не мог разглядеть адскую борьбу, которая отразилась на моем лице. — Я все решу, не волнуйся! Прости, что втянул тебя в это…

— Все нормально, я же знала, на что шла.

Господи, что я говорю! Почему мой рот произносит совсем не то, что я чувствую! Юсок прижал меня к себе и выдохнул мне в шею:

— Я люблю тебя.