Маргиналы в социуме. Маргиналы как социум. Сибирь (1920–1930-е годы)
- Автор: Коллектив авторов, Красильников Сергей Александрович
- Язык: русский
- Год: Литагент Политическая энциклопедия
- ISBN: 978-5-8243-2182-1
- Жанр: История
Электронная книга - «Маргиналы в социуме. Маргиналы как социум. Сибирь (1920–1930-е годы)». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Война обусловила смену занятий части будущих городских «лишенцев». Например, женщины, потерявшие кормильца семьи, были вынуждены заняться торговлей или работать по найму, лица, служившие до войны в государственных учреждениях, чтобы не идти на фронт, поступали в полицию и жандармерию и благодаря этому освобождались от призыва. Однако смена занятий могла быть и не связана с войной. Так, по данным о сельских «лишенцах», более половины ранее учившихся, а также треть торговавших занялись крестьянским трудом.
В годы войны, как и прежде, постоянными занятиями оставались ведение домашнего хозяйства (ему были верны 96,5 %) и хлебопашество (им занимались 60 и 85,8 % городских и сельских «лишенцев» соответственно). Торговлей и предпринимательством продолжали заниматься 57 % городских и 9 % сельских «лишенцев», работали на фабриках и железных дорогах 54 % горожан. В селе продолжали работать при церкви 85,7 % от численности трудившихся здесь и ранее.
Нельзя не отметить, что в этот период служба в карательных органах, торговля и предпринимательство, а также работа в церкви не стали более привлекательными для будущих как городских, так и сельских «лишенцев». В целом до 1917 г. видами деятельности, за которые впоследствии будут лишать избирательных прав, занимались лишь 4,5 сельских и 5 % городских «лишенцев».
Анализ документов позволяет сделать вывод, что Февральская революция не внесла радикальных изменений в судьбы большинства людей, впоследствии лишенных избирательных прав в городе (Прил. I, табл. 3). Деятельность лишь 16 чел. (1,3 % от всей группы) напрямую была связана с революцией, установлением новых порядков, работой в учреждениях Временного правительства. Четверо из пяти приговоренных к ссылке и различным наказаниям в этот период были освобождены. Поскольку мировая война продолжалась, некоторые граждане, ранее не участвовавшие в ней (в первую очередь выпускники учебных заведений, служащие государственных учреждений и разных коммерческих фирм и кампаний), были мобилизованы. Происходил и обратный процесс – демобилизация из-за тяжелых болезней, ранений; в 1917 г. было демобилизовано около 12 % от участвовавших в войне. После выздоровления люди возвращались к своим обычным занятиям.
В феврале – октябре 1917 г. большая часть будущих городских «лишенцев» (81 %) не переменила рода своей деятельности и продолжала заниматься тем, чем занималась и в годы Первой мировой войны: служить в армии, полиции, работать в школах и больницах, частных кампаниях и на заводах, в мастерских, при церкви, трудиться в сельском хозяйстве и т. д. На занятиях сельских «лишенцев» Февральская революция вообще никак не отразилась.
Октябрьская революция (октябрь 1917 – конец 1918 г.) по-разному повлияла на судьбы городских и сельских «лишенцев». После революции изменились занятия почти у половины будущих городских «лишенцев». В связи с выходом России из войны началась демобилизация из армии. Некоторые вчерашние фронтовики вернулись к своим прежним занятиям – хлебопашеству, торговле, работе в мастерских, единоличному труду и т. п. (Прил. I, табл. 4). Приход к власти большевиков поставил перед непростым выбором демобилизовавшихся некадровых офицеров царской армии, тех, кого называли офицерами военного времени – бывших специалистов, работавших как в частных компаниях, так и состоявших на государственной службе. Одни из них приняли новую власть и устроились в советский аппарат, другие оказались мобилизованными в Красную армию, третьи примкнули к Белому движению. Однако в 1918 г. менее 5 % представителей рассматриваемой группы являлись непосредственными участниками Гражданской войны.
В заявлениях о восстановлении в правах многие «лишенцы» подчеркивали, что их нельзя считать противниками советской власти, поскольку они признали советскую власть и перешли на службу к большевикам. Действительно, немало специалистов, служивших до Октябрьской революции в государственных учреждениях, приступило к работе в только создававшемся советском аппарате. Из служивших в карательных органах одни остались на прежней работе – надзирателями в тюрьмах, другие стали служащими советского аппарата или трудились по найму. Треть из тех, кто ранее был занят в учреждениях Временного правительства, перешла на работу в советский аппарат, половина поддержала Белое движение (они были либо чиновниками при белых правительствах, либо офицерами белых армий). С уверенностью можно сказать, что приход к власти большевиков поставил перед непростым выбором прежде всего представителей интеллигенции.