Свод единства. Ломая судьбы. Том 1

— Ты не понимаешь? Ему конец! Надо быстрее вернуться в полиот, придумать по дороге, что говорить и быть всем вместе. Если ты расколешься… — драйтл предупреждающе посмотрел на Шестнадцатого.

— Подождите, может, он выживет. Если самец хотел его только прогнать, то тот будет жив.

— И искалечен. — добавил другой.

— Скажем, что спасли его.

— Ага, а как мы объясним, что мы убежали из полиота?

Наступила неловкая тишина.

— Ладно, давайте все немного успокоимся и подождем. Потом обговорим, как действовать дальше. Все согласны?

Никто ему не ответил. Все уставились на злосчастный холм. В душе каждый из них хотел, чтобы мальчик выжил. Конечно, не для его блага. Нет. А чтобы у них было меньше проблем.

— Мы тебя ни за что не примем. — зло бросил один из парней.

Шестнадцатый вжал голову в плечи.

Сорок Третий закрыл глаза. Он надавил на камень и сразу же провалился вниз. Он испуганно дернул головой. Камень превратился в песок. Сработало! Самец издал еще один пронзительный крик, он был совсем рядом. Времени порадоваться первому своему успеху не было. Теперь нужно сделать так, чтобы это не был и последний успех одновременно.

План у мальчика был простой. Он видел, что алхимисты могут достаточно быстро создавать нужные объекты. Как-то ему довелось услышать пояснение, что это зависит от силы самого алхимиста. И мальчик надеялся, что он силен. Птица неслась на него. Сорок Третий выждал еще долю секунды и коснулся плашкой той пыли, что лежала теперь у него под ногами. Из нее выросла маленькая тупоконечная скала и ударила в голову птицу как раз в тот момент, когда она почти достала своим клювом мальчика. Бум! Она отшатнулась и отступила на шаг, потрясая головой, как будто хотела сбросить с себя капельки воды. Мальчик набрал воздуха в грудь. Сейчас будет вторая атака. Он в этом не сомневался. Песок еще остался. И еще один камень под ногами. Может, лучше второй сразу расщепить? Птица очухалась и теперь вперила в него свой дикий взгляд. Она застыла всего лишь на мгновение и устремилась на него. Мальчик успел бросить взгляд на свою небольшую башню. У нее был изъян. В самом начале он немного запутался с пиктограммами и поэтому ближе к верхушке башни она искривлялась в форме полукруга. Идея мелькнула в голове Сорок Третьего. Дерзкий, рискованный план. Коготь. Отец. Он сжал зубы и вызвал пиктограммы. Плашка уже лежала на песке. Он повернулся так, чтобы у птицы была только одна возможность атаковать. Правее от первой башни. Мальчик снова успел создать растущую скалу за миг до того, как его мог продырявить мощный клюв диадемы. Птица отошла, расправила крылья, готовясь к нападению. Мальчик расщепил еще один камень. Все получалось непринужденно быстро. Песок посыпался на землю и замер приличного размера горбом. Теперь финал. Он стал так, чтобы видеть птицу между двух башен. Вторую мальчик подогнал настолько близко к первой, чтобы между ними не смогла пролезть голова птицы. Но щель оставил, чтобы она могла его видеть. А выемки сверху башен совпадали, расширяя место между ними. Именно в эту выемку, как надеялся мальчик, и попытается атаковать птица. Но она сделала обходной маневр, пытаясь дотянуться до него. Мальчик перебежал на другую сторону. Потом они еще раз поменялись местами. Надо было ее спровоцировать. Сорок Третий подошел к башням вплотную, чуть ли не просунув лицо в выемки. Птица среагировала. Мальчик упал на колени, прислоняя табличку к песку. Третья башня моментально выросла вверх, прижимая голову птицы снизу. Диадема задрала свою голову, сопела и дергалась, пытаясь высвободиться. Сорок Третий мучительно застонал. Птице все же удалось дотянуться до него. Он вытер рукой лоб и увидел, что она в крови. Ничего. Главное — полиот. Мальчик быстро подыскал подходящий камень. И бросился к лапам птицы. Она уже не трепыхалась, не била крыльями. Сорок Третий быстро принялся лупить по первому попавшемуся когтю. Несколько хороших ударов и какой-никакой коготь у него. Да, это небольшой обломок, но честно добытый им самим. Мальчик поспешил отойти. Птица не двигалась, ее шея была на изломе. Голова и раскрытый клюв смотрели в небо. Только теперь Сорок Третий испугался. Он страшился того, что убил птицу. Ни одно испытание не стоит того, чтобы умерло живое существо. Он бросился к башням и быстро превратил одну из них в песок. Голова птицы освободилась, и она осела, затем повалилась набок. Мальчик стоял на месте ни жив, ни мертв. Он даже не дышал, чтобы лучше можно было расслышать признаки жизни, которые могла подать птица. Она не шевелилась. Глаза мальчика заблестели. Он подошел чуть ближе, и в этот момент птица дернула головой, засопев. Сорок Третий отпрыгнул. Он подождал еще немного, надеясь, что диадема придет в себя. Птица просто лежала первое время. Моргала глазами. Затем начала поднимать голову и оглядываться. Только когда мальчик заметил ее первые попытки встать, он пустился убегать. Обогнуть холм не составило никаких проблем, даже усталость куда-то улетучилась. Мальчики ждали его на том же месте, где он их оставил. Еще издали он заметил, что они ссорятся. Но когда подбежал поближе, то кроме удивленных лиц с открытыми ртами, ничего не обнаружил. Он вытер рукой все еще струившуюся кровь со лба.