Одри Хепбёрн

Шли недели, она приняла в дом четверых детей Мела и окружала себя как можно большим количеством молодёжи. Ей хотелось, чтобы её малыш слышал смех. Так она провела зиму и весну, отдыхая в своём шале, читая и совершая приятные прогулки. Наконец, после грозы, утром в воскресенье 17 июля 1960 года она родила в городской больнице крепкого мальчика. Он весил больше четырёх килограммов и получил имя Шон. Это ирландский аналог имени Ян, которое носил брат Одри; оно означает «дар Божий».

Через пять минут после рождения сына у Одри сдали нервы. «Покажите мне ребёнка, покажите сейчас же! — кричала она, и по её бледным щекам текли слёзы. — С ним всё хорошо? С ним правда всё хорошо?» Уже давно её терзал тайный страх, что малыш родится с физическим изъяном. Её пришлось успокаивать, и когда она поцеловала Мела, на её утомлённом лице проступила слабая улыбка. «Я была так счастлива при мысли, что подарила жизнь, всё казалось мне прекрасным, — скажет Одри. — Помню, что слышала какой-то треск. Потом я узнала, что пока я рожала, была ужасная гроза, но у меня было впечатление, что все аплодируют моему выступлению». «Я сейчас самый счастливый человек на земле, — сказал Мел, стоя у постели Одри. — Мы оба так хотели иметь малыша. Это мальчик, и мы ещё больше рады».

Когда десять дней спустя Одри вернулась в своё шале, то обнаружила, что Мел велел покрасить детскую в голубой цвет — чтобы сочеталась с голубыми глазками Шона. На данный момент малыш был гражданином США, но поскольку он родился в Швейцарии, то сможет, когда ему исполнится 21 год, выбрать гражданство одной из этих стран. Два месяца спустя в маленькой протестантской часовне во Французской Швейцарии, где Одри и Мел обвенчались шесть лет назад, тот же пастор Эндигер окрестил Шона. Его крёстными стали брат Одри Ян и сестра Мела Терри. Шон немного поплакал во время церемонии, и его бабушка заметила: «Слёзы во время крещения изгоняют дьявола». Крестильную рубашку и платье Одри создал Живанши. Американский посол в Швейцарии принёс ребёнку два подарка: американский паспорт и флаг США. Одри сообщила, что хочет ещё много детей. Мел, ставший отцом в пятый раз, улыбнулся.

Осаждаемая журналистами, Одри дала пресс-конференцию, где заявила: «Я бы хотела сделать так, чтобы Шон повидал людей всех стран и понял, из чего создан мир. Если он станет хорошим человеком, он внесёт свою лепту, чтобы сделать мир чуточку лучше».

Шон сразу превратился в центр Вселенной. Одри (по совету Софи Лорен) наняла для него итальянскую няню Джину. Лето она провела в Бюргенштоке вместе с матерью и няней. Материнство — лучшее тонизирующее средство. Одри думала над некоторыми предложенными ей проектами, но решила отвергнуть все. Она была тверда в своём намерении «не набрасываться на съёмки» и насладиться первыми месяцами материнства, которое дал ей Бог. После шести лет брака она не спешила бросить ребёнка, о котором столько мечтала.

«Как любая новоиспечённая мама, я не могла поверить, что он вправду мой, что я действительно смогу оставить его себе, — призналась Одри корреспонденту журнала «Лук». — Его существование — это чудо, как и то, что я могу уйти из дома, потом вернуться — а он там». К её радости часто примешивался страх. При мысли, что сына могут похитить, её охватывала тревога, и ещё она беспокоилась о том, как рождение ребёнка будет воспринято её пёсиком: «Это может показаться глупым, но я приложила кучу усилий, чтобы оно не нанесло слишком большого удара по самолюбию Феймоса». Но малыш Шон и пёсик прекрасно уживались друг с другом.

Поглощённая своим счастьем, новоиспечённая мама стала менее внимательной к самолюбию своего супруга. Журналу «МакКолле» она призналась: «С появлением малыша у меня возникло чувство, что теперь у меня есть всё, о чём только может мечтать женщина. Но мужчине этого недостаточно. И Мелу было недостаточно. Он не мог быть счастлив, довольствуясь ролью мужа Одри Хепбёрн». Эти слова — предвестник гроз. Но Одри была слишком счастлива, чтобы думать о шаткости своего брака.