Электронная книга - «Тим Бёртон: Интервью: Беседы с Марком Солсбери». Краткое содержание книги:
Настоящий сборник представляет собой перевод самого свежего, третьего издания книги бесед Тима Бёртона с его старым другом Марком Солсбери, бывшим редактором лондонского журнала «Empire» и автором ряда популярных киноведческих книг (например, «Под маской: Секреты голливудских изготовителей чудовищ»). Сборник предваряется двумя предисловиями Джонни Деппа — еще одного старого друга, именно от Бёртона получившего «звездный билет» в «Эдвард Руки-ножницы» и только что блеснувшего в шестой их совместной работе, киноверсии мюзикла «Суини Тодд, демон-парикмахер с Флит-стрит» (2007).
Придумывая Готэм-сити, мы просмотрели множество изображений Нью-Йорка. К тому времени был снят «Бегущий по лезвию бритвы»[55], а всякий раз, когда появляется такой фильм — законодатель мод, он представляет собой определенную опасность для других режиссеров. Мы знали заранее: какой бы город мы ни создали, сравнение с «Бегущим по лезвию бритвы» будет неизбежным. Вот почему мы решили, что здесь все равно ничего не изменишь, и просто говорили: «Именно это происходит сейчас с Нью-Йорком. Что-то добавляется, что-то надстраивается, дизайнеры совсем страх потеряли». Мы решили нагнать темноты и тесноты, нагромоздить все друг на друга, усугубить, окарикатурить. Здесь есть некое оперное ощущение, почти вневременное качество, сходное, на мой взгляд, с тем, что возникает в «Битлджусе».
Каждый раз, когда берусь за работу, я начинаю с персонажей. Бэтмен предпочитает темноту и старается оставаться в тени, поэтому город ночной, дневных сцен немного. Все должно подчеркивать характеры героев, поэтому каждое принятое нами решение диктовалось главным образом именно этим обстоятельством, оно не должно было расходиться с сутью характеров.
Помимо выбора Китона на роль Бэтмена поклонников комикса привело в ярость также решение костюмера Боба Рингвуда изменить цвет бэтменовского костюма с синего на черный и задействовать накладные мускулы.
Мы только начинаем избавляться от психологии, которую можно выразить примерно так: «Этот парень не выглядит как Арнольд Шварценеггер, почему же он это делает?» А он пытается создать некий образ для самого себя, хочет стать кем-то другим. Вот на этом и строилось каждое наше решение. Чего он хочет добиться? Почему надевает костюм летучей мыши? Чтобы напугать преступников, чтобы устроить шоу или чтобы ввергнуть в ужас людей, запугать их? Нашей идеей было очеловечить этого персонажа.
Несмотря на первоначальное доверие «Уорнеров» к сценарию Хэмма, тот отдали на переработку еще двум писателям — Уоррену Скаарену, автору «Битлджуса», и Чарльзу Маккоэуну, соавтору сценария «Приключений барона Мюнхгаузена» Терри Гиллиама. Кое-что пришлось также переписывать непосредственно на съемочной площадке.
Не понимаю, из-за чего возникла такая серьезная проблема. Мы начали съемки по сценарию, который всем нравился, хотя и знали, что над ним придется немного потрудиться. Все считали сценарий отличным, однако на студии полагали, что его нужно переписывать полностью. Безусловно, это был крупномасштабный проект, который требовал от «Уорнеров» больших капиталовложений. Я понимал, что права на ошибку у меня в данном случае нет, но все усугублялось этой суетой с улучшением сценария, а тут внезапно подоспело начало съемок.
Это походило на распутывание мотка пряжи, столько возникало затруднительных моментов из-за многочисленных поправок. Доходило до того, что «улучшения» начинали только вредить. Например, мы снимали сцену, где надо было подняться на колокольню. Джек направился вверх по ступенькам, но зачем, мы не знали. Он спросил у меня: «Зачем я поднимаюсь по лестнице?» — «Не знаю, — ответил я. — Обсудим это, когда ты достигнешь вершины». Постоянно над чем-то работаешь, все время стараешься что-то улучшить — так бывает всегда, но на этот раз я ощущал: улучшений-то и не происходит. Когда испытываешь подобное давление, чувствуешь себя ужасно из-за отсутствия какого-то прочного фундамента, на который можно опереться. Я люблю импровизировать, но не до такой степени. «Битлджус» отличался аморфностью, но это не имело большого значения: он не был огромным дорогостоящим динозавром.
Когда впервые ставишь такой крупномасштабный фильм, это... просто сюр. Ты ничего не знаешь и поэтому ничего не боишься. Встретившись пару раз с определенными ситуациями, стараешься в дальнейшем избегать их. Странная штука. Если кого-то слегка ударит током, в первый раз он и не поймет, что происходит, а потом будет часто вспоминать об этом. Так же и здесь.
Мне очень повезло: когда я приступал к съемкам, я не испытывал страха вроде: «О боже, ведь это Джек Николсон!» И он замечательно ко мне относился, очень помог: благодаря ему значительную часть работы удалось сделать в сжатые сроки. Сохранял полнейшее хладнокровие. Когда случались неприятности и люди на студии теряли самообладание, всегда был спокоен и ободрял меня: «Добивайся того, что тебе нужно, того, чего ты хочешь, главное, чтобы дело не стояло на месте». Удивительный человек. Бывало, сделает шесть дублей и все по-разному, при этом играет настолько здорово, что хочется включить в картину все шесть. Захватывающее зрелище.
55
«Бегущий по лезвию бритвы» (Blade Runner, 1982) — заложивший визуальные основы киберпанка фильм Ридли Скотта с Харрисоном Фордом в главной роли, экранизация романа Филипа Дика «Снятся ли роботам электроовцы?» (1968).