Кублерос

– Неплохо, неплохо! – сказал один из них. – А как насчет сейфов?

Я только сглотнул. Все рассмеялись, словно я сказал нечто очень смешное.

Мой образ жизни резко поменялся. Теперь я мог никуда не выходить. Но раз в два дня ко мне приходили люди, и приносили различные вкусные вещи. Я не мог сказать, что они принесут мне в следующий раз – это могли быть и приборы неизвестного мне назначения, и разное оружие с пьянящим пряным запахом машинного масла. Однажды мне притащили целую статую – мне понадобилось около двух часов, прежде чем я смог проглотить ею всю.

– Матерь божья… – только и сказал один из троих, которые принесли ее. К слову, именно эта троица и заходила на мои шоу, пока я еще участвовал в них. – Что это за существо! Это же дьявол!

– Потише, Игнасиас. – оборвал его другой. – Шеф ценит его.

После чего все трое, как и обычно, удалились, оставив у порога сумку.

Шеф ценит меня. Раз от разу шеф присылает мне самые изысканные блюда, за которые я получаю еще более вкусные вещи. Сумка, которую мне оставляют за мою работу эти трое, наполнена хрустящими бумажками. Деньгами. Нет, я не сошел с ума, я прекрасно помню смысл всех этих предметов. Просто, для меня они теперь имеют совершенно иное значение.

Долларов 100 я меняю в банке неподалеку на монетки по 10, 5 и 1 центу. 1 центовики самые вкусные – у них быстро тающая во рту оболочка, под которой скрывается нежное содержимое, которое так приятно разжевывать.

Очень вкусно делать закрытые бутерброды – берешь банкноту в 10 долларов, на нее кладешь 50, сверху сто. Посыпаешь это горстью монет, и заворачиваешь в плотный закрытый кулек. К слову, разные банкноты имеют разный вкус – уж не знаю, с чем это связано. Возможно, что с краской или разными типографными машинами. Все три банкнотных слоя имеют разный вкус. Тая во рту, они перемешиваются, оставляя приятное послевкусие, такой пирожок я обычно запиваю кружкой обычного масла. Или водой.