Осады и штурмы Северной войны 1700–1721 гг

Надо отметить, что рекомендации Вобана и Бланда, преимущественно относились к военным действиям в «низких землях», где мягкая почва позволяла рыть траншеи и насыпать бруствер из вырытой земли. В нескольких известных нам случаях (Нарва, Копорье, Выборг) русская армия столкнулась с тем, что «вгрызаться» в каменистый грунт было практически невозможно, и бруствер строили из туров; в этом случае работы напоминали описанное ниже ведение сапы. Петровские реляции, как правило, не содержат настолько мелких подробностей о земляных работах, но в них все равно можно найти сведения об этапе открытия траншей. Несмотря на то, что две первые крепости – Мариенбург и Нотебург – располагались на островах и вести траншеи к самым стенам было невозможно, осаждающим все равно было необходимо обезопасить свои позиции на берегу (озера в первом случае и реки во втором). Поскольку берега простреливались крепостной артиллерией, работу на них стоило начинать в темноте.

Из военно-походного журнала Шереметева мы не поймем, были ли открыты траншеи ночью (по науке) или днем (сразу после прихода войска, по тексту). Зато по этому документу видно, что каждая атака называлась по именам офицеров, командовавших полками на данном участке (атаку повели с трех сторон). «И генерал-фельтмаршал с ратными людьми к Мариенбурху пришол в 14-м числе августа, в полдни, и ополчился обозом по воинскому обычаю, пехотные полки около города на 3 брегады: 1-ая брегада, господин Фон-Вердин, при нем господине фельтмаршале, с другую сторону города господин Англер с брегадою, с третьею сторону господин Балк. И того же дня предложил оным брегадирам идти к тому городу опрошами к озеру, которое около того города обошло; а с города на все стороны на наши полки была жестокая пушечная стрелба непрестанно, и наши брегадиры пришли опрошами к самому озеру и учинили батареи»[246]

Под Нотебургом для открытия траншей в 12 часов ночи были посланы 400 преображенцев, которые «безо всякой утраты [т. е. без жертв. – Б. М.] шанцы начали и пост или место заняли» [247]. Однако, вероятно, работы на берегу не остались незамеченными в крепости, поскольку с разведкой появились два шведских судна. Работа продолжалась, и до рассвета шанцы были заняты еще двумя батальонами гвардии, а еще позднее подошло все войско и встало лагерем. Несколькими днями позже в 8 часов вечера 300 солдат во главе с царем похожим образом заняли остров перед крепостью и окопались на нем.

Под Ниеншанцем же траншейные работы не только не были отделены от крепости водой, как в предыдущие осады, но и начинать их пришлось довольно близко к противнику (вспомним, русским удалось захватить кронверк, и вести траншеи стали уже от него). В этой акции был со своими людьми капитан Семеновского полка князь Б. И. Куракин, который оставил нам редкие личные впечатления участника: «И первые шанцы под тот город был я послан заводить от Семеновского полка, и в том случае видел некоторой великой случай и страшливой; как заводили шанцы, стрельба была великая и многих побивали, инженера того, которой с нами был послан для той работы, перед светом убили»[248].