Лягушонок и Мистер Совершенство

После переезда Димы в Европу наше общение свелось к поздравлениям друг друга с днем рождения, созвонам по скайпу и другим подобным мессенджерам во время неизменных семейных ужинов. Но там мы были не одни, родители, старшие Ковалевы, и всем было интересно, как Сэр Бесподобный продвигается по карьерной лестнице. Семимильными шагами, кто б сомневался, он во всем должен быть лучшим. Мне удавалось только редко подать голос, напомнить какой-нибудь остротой Самому Совершенному, что рыжая вредина все такая же вредная.

Меня ужасно ломало, в моем теле словно открылась рана, которая никогда не заживала, постоянно болела с разной степенью интенсивности. Понимание того факта, что Дима больше никогда не вернется, разве что в гости ненадолго приедет, просто убивало. Ведь все так рвутся за границу, считают, что там намного лучше, чем у нас в России… Кто добровольно вернется оттуда, где лучше, тем более, если тебя заметили, и позвали работать в большущую международную компанию?

 Я задыхалась без его нелюбви. И, наверное, от нехватки кислорода, этой вечной боли пошла вразнос, стала методично нарушать все запреты, которые вколачивал в меня Дима той ночью: шлялась где попало, не брала телефон, водилась со всяким сбродом, пробовала выпивку, сигареты, целовалась с бесчисленным количеством парней. Думала, вдруг это сподвигнет Мистера Совершенство вернуться, хотя бы для того, чтобы снова всыпать ненормальной сводной сестренке по заднице. Нет, по заднице я не хотела, но пусть хоть каждый день ремнем полосует, только бы у меня была возможность редко, но видеть сводное божество, получать свой неизменный щелчок по носу, а еще лучше готовить ему яичницу и пить вместе чай на нашей маленькой кухне. Но Диме было плевать, хотя, возможно, он и не знал ничего об этих выкрутасах, вряд ли мама или отчим рассказывали ему о моем нелицеприятном поведении.

Как же стыдно сейчас вспоминать то время. Что я творила?! Как могла такое творить?! Стала крикливой и раздражительной, все воспринимала в штыки, убегала, дерзила, не давала маме насладиться долгожданным материнством. Хотя сестренку сразу и навсегда полюбила, она тоже родилась совершенной девочкой, синими глазами отдаленно напоминающей Мистера Самого-самого, и совершенно не похожей на меня.