Исчезнувшая стихия (СИ)

  - Я сама Дакар, - он не понимал.

  - Знаешь, что я почувствовала в тот момент, когда убила этого ребенка? Знаешь, что почувствовала, когда мой кинжал коснулся его тоненькой шейки? Знаешь, что почувствовала, когда отрубила его голову. Знаешь, что почувствовала, когда его кровь залила кружевную подушку в колыбели? Знаешь, что почувствовала, кладя его в мешок? Ничего, Дакар. Абсолютно ничего. Никаких сожалений, возражений, угрызений. Ни-че-го. - Дакар по-отечески улыбнулся и прижал меня к себе. Я уткнулась носом в его мантию. Он пах вереском и речными кувшинками, как и двенадцать лет назад. Его длинные каштановые волосы были заплетены в косу, взгляд был острым, пронзительным. Чуть резкие неправильные черты лица и просто невероятная сила, сквозившая в каждом движении. Он тревожил сон и сердца многих студенток СВАМа. Почти каждый год находилась очередная дурочка, пытающаяся взять штурмом этого великолепного оборотня, этого идеального хищника. Стоит ли говорить, что их попытки неизменно проваливались? К счастью, среди Истинных Охотников таких случаев практически не было, что существенно упрощало жизнь и нам - его подопечным - и ему.

  - Глупая, глупая маленькая девочка. Ты до сих пор так и не поняла. Обсидиана, это хорошо, что ты ничего не чувствовала, это хорошо, что ты не колебалась, - чуть слышно заговорил он. - Пойми, наши чувства за частую лживы и эгоистичны. Они играют с нами, подставляют под удары, ослабляют. И не мне тебе говорить, что трезвый ум и холодное сердце помогают выжить. И потом, тебе ведь не нравится убивать, ты не получаешь удовольствия отнимая жизнь, ты не наслаждаешься муками убитых тобой. Ты любишь борьбу, схватку на грани фола. Тебя не интересует конечная цель, лишь путь к ней. И чем он опаснее, чем труднее, тем отчаяние и яростнее ты ведешь бой, тем упорнее твое желание выиграть. Или я ошибаюсь? - и я почувствовала его внимательный взгляд.

  - Нет, но Дакар, разве это правильно? То, что мы делаем? Разве мы вправе решать, кому жить, а кому умереть? И потом, в один прекрасный день я могу захотеть отнять чью-то жизнь, просто так из прихоти, скуки, интереса. Я боюсь, что не смогу остановиться, боюсь, что однажды стану тем, чем становлюсь в Ночь Теней и останусь такой навсегда. Обезумевшей от крови и криков. Мне страшно, когда я открываю глаза на поляне после Ночи, а вокруг меня трупы фантомов и поваленные деревья, - я по-прежнему стояла, прижавшись к ректору, боясь поднять на него глаза, боясь пошевелиться.