Директор Арк

— Лучше уж это, чем сигареты или алкоголь.

— А как насчет полного отсутствия вредных привычек?

— Лично я бы не стал доверять такому человеку, — покачал головой Озпин. — Отсутствие вредных привычек выглядит совершенно противоестественно. У каждого хоть что-нибудь есть: у меня — кофе, у Кроу — выпивка, а у Айронвуда — булочки с корицей.

— Булочки с корицей?..

— Да. Только не говори ему, что узнал о них от меня. Такое количество обезболивающего развязывает язык получше, чем учебные планы Питера. И нет, это было вовсе не приглашение устроить мне допрос насчет моего прошлого — любой из сотен прожитых мной жизней. Не стоит, Жон, а то вдруг выяснится, что я когда-то переспал с кем-либо из твоих предков.

— А такое вообще возможно?

— Кто знает? Боги показали себя теми еще капризными детьми — забрали мячик и ушли с нашей полянки, оставив тут полный бардак. Я до сих пор так и не понял, откуда взялись фавны. Когда умер, человеческая цивилизация еще существовала, а когда воскрес, то от нее остались жалкие руины, количество людей серьезно сократилось, и среди них появились гибриды с животными. Но больше всего меня смутило то, что те представители рода человеческого, с которыми я пытался поговорить на эту тему, начинали нервничать и отказывались что-либо отвечать, — вздохнул Озпин. — В итоге я решил, что разум мне все-таки дороже, и перестал спрашивать.

Обезболивающее и вправду сделало его гораздо более разговорчивым. В нормальном состоянии Озпин крайне редко соглашался обсуждать события столь далекого прошлого. Жон придвинул к кровати стул, присел на него, забрал пустую кружку и поставил ее на столик.

— Но если ты не желаешь говорить о моих предках и вообще о прошлом, то о чем тогда у нас пойдет речь?

— О настоящем и будущем. Больше ничего и не остается.

— Ладно. От хорошего совета я бы точно не отказался.

— Постараюсь его тебе дать, Жон. Но я сейчас нахожусь далеко не в идеальном состоянии. Кроме того... — облизнул губы Озпин. — Мне бы и самому пригодился кое-какой совет. И с этим делом можешь помочь, пожалуй, только ты.

— Да? — удивился Жон.

— Угу. Но давай сначала разберемся с твоей проблемой, — произнес Озпин, похоже, совсем не горя желанием первым демонстрировать собственную слабость.

— Ладно. Это насчет Синдер...

Вежливый интерес Озпина, с которым тот начал слушать историю Жона, постепенно перерос в изумление, а брови поднимались всё выше и выше, вскоре исчезнув под челкой. Под конец он явно пожелал закрыть лицо руками, но поскольку те по-прежнему были привязаны к кровати, ограничился лишь тяжелым вздохом.

— И теперь я просто не знаю, как мне следует поступить, — завершил свой рассказ Жон. — Синдер хочет, чтобы я ее освободил и оставил рядом с собой. Определенная польза от нее, конечно, будет. Вот только после всего того, что она натворила, я бы предпочел поискать какой-нибудь альтернативный вариант. К тому же Айронвуд внезапно стал подозрительно молчаливым, и меня не покидает такое чувство, что это очень плохой знак.