Стаи. Книга 1

Запыхавшиеся санитары кубарем свалились в очередной рукотворный кратер, где и нашли пострадавших.

Самое страшное в работе санитара даже не вид крови и страданий искалеченного человека, а то, что тебе приходится с ходу решать, кому жить, а кому умереть. Нельзя помочь всем и сразу, и приходится делать тяжёлый выбор, а потом жить, мучаясь собственными сомнениями.

Самый ближний из троицы казался живее всех живых — пуля пробила голень, и эволэки ограничились накладыванием жгута, и противошоковым уколом. Удивительно, но из солидной дыры, с торчащими белыми клыками развороченной кости почти не текла кровь! Боец, а точнее «кукла», только громко стонал, но в целом юные спасатели не очень испугались увиденного.

— Третья очередь, — девушка надела на руку «бойца» радиомаяк, предварительно активировав его.

Второй был плох. Близкий разрыв, и сноп осколков превратил падающее тело в решето: разворочен таз, левое бедро, бронежилет спас туловище, но сильно пострадали голова и шея. Кровь хлестала из перебитых артерий, окрасив лужу на дне воронки в алый цвет. Раненый молчал, только судорожно глотал воздух, уставившись в небо единственным уцелевшим глазом.

Элан стукнул кулаком по шлему Афалии, привлекая её внимание — вид тяжелейших ран чуть не ввёл девушку в ступор, — и отрицательно мотнул головой. Не жилец… После страшного приговора бедолага получил лошадиную дозу обезболивающего, просто, чтобы не мучился…

Третьему, видимо тем же взрывом, вспороло живот. Вот это уже действительно было страшное зрелище, и эволэков замутило, но с собственными желудками они справились — предвидя, что девушкам придётся лицезреть массу не самых приятных картин, Ольга всех заставила пересмотреть хронику операций, со всеми «прелестями», сопровождающими копошение хирургов в живом теле. Киносеанс явно пошёл на пользу, хотя от тошнотворного запаха скрыться было некуда.

Элан с Афалией, героически борясь с предобморочным состоянием, заталкивали вывалившиеся кишки обратно в рану — в нормальном госпитале их промоют и уложат как надо, и только наложив повязку, спохватились, что не сделали укол. Исправив оплошность, Элан с ужасом осознал, что забыл ещё кое-что важное.

— Первая очередь, — он надел «раненому» маяк, и скомандовал, — Лесавесима, живо к нам! Хилья, приготовься к полёту!

Проклиная всё на свете (надо было послать радиосообщение в первую очередь!) он высунул голову из воронки.