Заговорщики Гора

— Господин сделал, что мог, — попыталась успокоить его я.

— На данный момент, — кивнул он. — Теперь пришло время заняться моими делами, которыми я долго пренебрегал.

— Господин отправляется в Харфакс? — уточнила я.

— Да, — подтвердил он. — На этот раз под личиной фургонного мастера.

— Это — тот, кто делает фургоны или их обслуживает? — попыталась угадать я.

— Верно, — подтвердил Десмонд.

— Наверное, никому не придёт в голову подозревать, что у ремесленника может находиться богатство, вывезенное из Волтая.

— Я куплю фургон и тарларион, а потом присоединюсь к каравану, — сообщил мне он.

— А Харфакс — красивый город? — полюбопытствовала я.

— Я считаю, что да, — ответил мой хозяин.

— Я буду с нетерпением ждать встречи с ним, — заверила его я.

— И впервые Ты увидишь его, — заявил Десмонд, — идя на цепи, примкнутой к задку моего фургона.

— Я должна буду быть прикована к фургону? — удивилась я.

— У тебя есть возражения? — осведомился он.

— Нет, Господин, — поспешила заверить его я, не имея никакого желания снова подвергаться порке. — Так значит Харфакс — красивый город?

— Я в этом уверен, — ответил Десмонд.

— Думаю, что там хватает рабынь, — предположила я.

— Конечно, — кивнул он. — Харфакс славится красотой своих рабынь.

— Я ревнива, — предупредила я.

— Там будет много красивых рабынь, — усмехнулся он. — И многих там продают.

— Оставьте меня себе, Господин, — попросила я.

— Посмотрим, стоишь ли Ты того, чтобы тебя оставлять, — сказал мой хозяин.

— Я приложу все усилия, — тут же пообещала я.

— Прежде чем мы уедем, — сообщил мне Десмонд, — мы посетим Гренделя и Леди Бину, Астринакса и Лика, и возможно некоторых рабынь.

— Я очень надеюсь сделать это, — призналась я.

— Небольшой банкет, или даже два, — сказал он, — были бы уместны.

— В ресторане Менона есть неплохой частный кабинет, — сообщила я.

— Превосходная мысль, — признал Господин, — но я также подумываю и о саде позади дома.

— У Господина остались приятные воспоминания об этом саде? — улыбнулась я.

— Да, — подтвердил он.

— Рабыня очень рада, — сказала я.

В этом саду мой Господин получил от своей рабыни большое удовольствие. Её чувства ничего не значили, но могла ли она забыть траву, запах цветов, ветер, шелестевший листвой наверху, силу его рук и свою беспомощность, его прикосновения и губы, его нежность и язык, вынуждавшие её вынести сотни прикосновений, некоторые ожидаемые, другие неожиданные, некоторые властные, другие красиво тонкие. Часто ему приходилось зажимать ей рот, чтобы крики, вопли и стоны бескомпромиссно используемого, эксплуатируемого движимого имущества не раздражали соседей.

— Мы могли бы поставить там стол и сидеть вокруг него на циновках, — предложил он.