Стратегия обмана. Трилогия (СИ)

   Белые кровопийцы отвернулись и, так ничего и не сказав, пошли прочь, скрывшись в траве. Они явно направлялись в сторону города.

   - Это же, - пролепетала Лили, - гипогеянцы, да?

   - Конечно, а кто же еще.

   - Просто я никогда их не видела. Так странно.

   - Не видела? - удивилась Манола. - А как же перерождение, перед этим ты точно должна была их видеть.

   - Какое перерождение? - не поняла её слов Лили.

   - Когда ты стала альварессой, - пояснила монахиня. - Когда тебя привели в Гипогею, ты же видела их?

   - Меня никуда не приводили.

   Манола непонимающе помотала головой.

   - Как так? А как же ты переродилась?

   - Я была дома, - как само собой разумеющееся, отвечала Лили, - я умирала от пули снайпера, а папа сделал мне операцию. После неё я и стала пить кровь.

   - Ничего не понимаю, - честно призналась Манола. - Какой дом, какая операция?

   Но после получасовых расспросов, ситуация не прояснилась. Лили упрямо говорила про какую-ту операцию, после которой не только начала пить кровь, но и вовсе стала выглядеть иначе. Манола же на собственном примере убеждала её, что все альвары перерождаются в Гипогее после того, как их выберут сами гипогеянцы или альвары, что живут на поверхности. Она, например, переродилась под Пиренеями, но никак не в монастыре, в котором жила в ту пору. И внешность Манола тоже не сменила, потому и выглядит точно так же, как и в смертной жизни.

   - А почему эти гипогеянцы испугались креста? - неожиданно сменила тему разговора Лили. - Или это тебя они испугались?

   - Ничего они не боятся, - строго произнесла Манола, - ни Бога, ни дьявола. А крест им не приятен еще с тех пор, как христиане пришли в эти земли и запретили индейцам приносить кровавые жертвы этим белокожим лже-божкам. С тех пор они и ненавидят христиан. Потому сейчас в Сальвадоре национальная гвардия и убивает священников, чтобы эти кровопийцы насладились их кровью.

   - Ты думаешь, национальная гвардия убивает людей специально для гипогеянцев?

   - Пути Господни неисповедимы. И дела дьявольские тоже. Кто знает, что есть следствие, а что причина. Главное, что люди умирают за веру и за свободу, и некому их защитить на этой земле.

   Когда рассвело, женщины вышли к дороге и направились в город. Лили уже валилась с ног, когда они, наконец, пришли к квартире Манолы. Вымывшись и отдохнув, Лили принялась строить планы, как забрать с виллы свои вещи, и, главное, документы.

   - Я пойду с тобой, - вызвалась Манола. - Если что-то случится, я буду знать, что тебе нужно помочь. И помогу.

   - Спасибо тебе, - улыбнулась Лили. - Только, пожалуйста, одень что-нибудь поверх платья.

   - Зачем?

   - Чтобы закрыть крест. Если Роберто поймет, что ты монахиня, он устроит скандал, или... - свою мысль она предпочла не договорить.

   - И не подумаю, - твёрдо заявила Манола. - Я христианка и не вправе скрывать свою веру. Скрывают только дурные вещи.