Среди огнистых камней

– Что? – возмутился Егор. – А он тут, каким боком?

– Спросишь у Маранты, когда она заговорит,– хитро намекнул Рауль, поглаживая спинку Мары.

– А когда она заговорит? – сразу же спросила я.

– Скоро,– интригующе ответил Рауль, и, выждав паузу, добавил,– может, завтра.

– Как? – одновременно с Егором произнесла я.

– Узнаете.

Мы переглянулись.

– А что ты будешь делать с Горгом?

– Мы посоветуемся с Марантой и решим. Но я думаю, что он останется здесь.

– Зачем? – недовольно спросил Егор.

– Затем, что ему нельзя возвратиться в тонгур. Там ему больно. Так не должно быть, Егор. Даже Маранта понимает это. Его тонгур будет здесь, пока он не изменится.

– Он опять напакостит,– предрек Егор, и раздраженно поднялся с кресла.

– Посмотрим. Я уверен, что сейчас, это место, как бальзам для него. Он не будет портить его,– я прижалась к Раулю, ибо была согласна с ним.

Егор недоверчиво хмыкнул, прохаживаясь по кабинету.

– Почему ты так думаешь? Лучше бы перестраховаться с ним, и пристрелить его. Он сумасшедший.

– Егор,– грустно произнес Рауль,– ты бы мог такое сделать с ребенком?

– Горг не ребенок.

– А Маранта?

– Она почти, как ребенок. Иногда я чувствую, что она взрослая.

– Так вот, слушай. Знаешь, почему Маранта не позволила тебе убить Горга, и защитила его?

– Думаю, она просто добрая, как и Маша,– пожал плечами Егор.

– Егор, Маранта знает, что Горг такой же, как и она. Он наполовину ребенок.

– Ты шутишь? – нараспев проблеял Егор, и его глаза чуть не выскочили из орбит.

Мое лицо тоже вытянулось, а рот приоткрылся.

– Я абсолютно серьезен.

– Но ты же говорил, что основатели не бывают детьми? – спросила я.

– Да, все так считали. Никогда не было ни одного ребенка. И то, что Горг ребенок, выяснилось совсем недавно, благодаря твоей подсказке, Мария.

– Какой подсказке? – изумилась я.

– Ты часто ему говорила, что он подросток. Я вспомнил твои слова, и это так и оказалось. Он не достиг зрелости, не из-за того, что растратил свои ткани, а из-за того, что родился ребенком, гениальным вундеркиндом. Поэтому никто не смог распознать в нем незрелую личность. Он нуждался в особых отношениях, и особой любви. Никто не знал этого, даже он сам.

– Нет, он догадался,– я припомнила его слова на острове.

– Он догадался, Маша, как и мы, только после того, как побывал в тонгуре. Ему не нужно было исцеляться, ему нужно было подрасти, повзрослеть. Маранта увидела это сразу же, как только родилась, и все время помнила о нем и беспокоилась. Она видела его мучения и переживала, поэтому она и защитила его.

– Егор, лучше присядь,– с улыбкой попросил Рауль.

Егор озадаченно посмотрел на Рауля и сел.

– Маранта считает его своим другом, братом, и не хочет с ним расставаться. Так что, пока он будет с ней тоже.

Егор побледнел и закрыл глаза. Он молчал с минуту, переваривая эту новость, а потом с трудом сглотнув, медленно проговорил: