Лето долгожданных побед [litres]

Закрыв теперь ненужную нижнюю палубу, капитан перебросил всех оставшихся людей к пулеметам, в которых был главный залог их возвращения домой. Когда замолчал верхний кормовой пулемет «Лот-хен», капитан лично вылез наружу и по пляшущей на ветру лестнице устремился наверх. Застав в пулеметном гнезде убитого стрелка, Цвишен не колеблясь занял его место, одновременно руководя всей обороной по телефону.

В общей сложности было сбито и повреждено шесть самолетов противника, остальные были вынуждены некоторое время лететь рядом с дирижаблем, так и не решаясь на боевое столкновение. Атакуя «Лотхен», британские летчики исходили из своего прежнего опыта воздушных боев, который говорил об обязательной гибели воздушного гиганта, если его оболочка будет пробита пулеметной очередью. Наполнявший оболочку корабля водород немедленно устремлялся наружу и загорался от любой искры, которые в большом количестве выбивали пули.

Презрев пулеметный огонь, летчики приближались к дирижаблю в твердой уверенности в своей скорой победе, однако получали противоположный результат. Позволяя пробивать оболочку корабля, немецкие пулеметчики кинжальным огнем неизменно уничтожали слишком приблизившиеся самолеты противника.

Вначале англичане в пылу боя не придавали значения этой странной неуязвимости, легко списывая ее на неопытность несчастного пилота или особую везучесть дирижабля. Их отрезвила гибель знаменитого аса британских истребителей сэра Хаксли, сбитого самим Цвишеном. На счету погибшего было двенадцать побед над врагом, и к неопытным летчикам он никак не относился. Понадобилась еще одна смерть, чтобы британцы окончательно удостоверились в непобедимости летающего монстра, своими пулеметами собиравшего кровавый урожай.

Убедившись, что враг отстал и более не преследует «Лотхен», командир немедленно выгнал наверх всех свободных людей, которые, подобно циркачам балансируя по натянутым стропам огромной сети, окружающей дирижабль, принялись энергично латать его простреленные бока. Всезнающий Берг в период обучения придавал огромное значение умению любого члена экипажа накладывать прорезиненную заплатку, от чего напрямую зависела их жизнь.

Вскоре показались белые скалы Дувра, возле которых Цвишену и его команде предстояло выдержать последний бой с английской авиацией. Стараясь уменьшить число столкновений с врагом, капитан приказал набрать максимальную высоту, не считаясь с затратами топлива. Это был полностью оправданный шаг, поскольку за проливом уже находилась своя территория. Кроме этого, по радио была спешно затребована помощь со стороны германской авиации, чьи самолеты по приказу Людендорфа уже сутки находились в полной боевой готовности.

Когда «Лотхен» наконец смогла перебраться через воды пролива, на ее счету был еще один вражеский аэроплан, рухнувший в море. Вид сбитого самолета так сильно потряс англичан, что они в большей мере имитировали атаку на дирижабль, чем атаковали его. Израненный, но вполне боеспособный дирижабль смог самостоятельно долететь до своей основной базы, без зазрения совести срезав угол, пролетая над нейтральной Голландией.