Нулевые, боевые, пенсионные. Книга 3. 2000–2010 годы
- Автор: Безелянский Юрий Николаевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: У Никитских ворот
- ISBN: 978-5-00170-545-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Нулевые, боевые, пенсионные. Книга 3. 2000–2010 годы». Краткое содержание книги:
И концовка:
Но не одним Гойей удивляет и потрясает музей Прадо. А Диего Веласкес — живописец правды. Знаменитые «Менины» (фрейлины), всякие инфанты, особенно инфанта Маргарита в красном… Отменно хороши и другие живописцы Испании: Хосе де Рибера, Франсиско Рибальта, Алонсо Кано, Мурильо, Вальдес Леаль… И, конечно, Эль Греко, грек с острова Крита.
Богатейшая коллекция фламандцев. Рогир ван дер Вейден — «Снятие с креста», картины Босха — «Искушение св. Антония», «Воз сена», «Сад наслаждений». Ханс Мемлинг — «Поклонение волхвов». Брейгель-старший — «Триумф смерти», глядя на который, содрогнешься…
В Прадо много Рубенса. Ще выразила бытовое удивление: «Я когда увидела эту задницу, поняла, что это — Рубенса». Есть в музее и образцы немецкой живописи: Дюрер, Кранах, Менге. Французской — Пуссен, Лорен, Ватто. Перечислять можно долго, и как не упомянуть Яна Брейгеля Бархатного — картины с двумя сидящими женщинами, с малышом и цветами. Гимн жизни… Еще Ван Дейк, Ван Эйк, Фра Анджелико, Рафаэль, как бы, между прочим. Тинторетто, Бассано, Тициан — великие итальянцы… Шедевр на шедевре и шедевром погоняет. А в целом — утомительный пир для глаз.
Больше двух часов выдержать невозможно.
Из Прадо в парк Ретиро. Буэн Ретиро (можно перевести как «отдохновение», «благое уединение»). Парк огромный, более 40 гектаров. Некогда дворцово-парковая резиденция испанских Габсбургов. Стояла жара, и мы перебегали от тени к тени, от павильона к павильону. Когда-то при короле Филиппе IV здесь устраивались грандиозные пиры и оргии. Сегодня все тихо и благопристойно, в основном гуляющие туристы. Увы, монумент под названием «Падший ангел» не нашли (единственный монумент, посвященный дьяволу), но зато вышли к озерцу, в кафе, где взяли два бутерброда, по бокалу пива и коку со льдом. Сидели и отдыхали в благодати: голубое небо, солнце, мы в тени деревьев, поют райские птицы, льется тихая музыка, в основном гитарные переборы какого-нибудь Альбениса. Без групп, без «русо туристо». Без спешки. Без глупых разговоров, кто что купил. Одни. В тишине. Лишь полицейский вертолет иногда барражировал в небе, но в Ретиро все было тихо…
Обедали недалеко от своей Гран виа, в ресторане, из незнания языка попали на вегетарианский расклад блюд, заказали наобум, и было вкусно. Затем в книжный и прочие магазины, все дорого — от книг до галстуков. В отель на отдых, а вечеру снова выход. В кафе кофе с пирожным, после толкались на торговой улице.
Как говорил Хемингуэй: «Мадрид, в сущности, странный город. Я уверен, что с первого раза он никому не может понравиться… Но когда вы узнаете его поближе, вы почувствуете, что это самый испанский город в Испании, что жить в нем очень приятно, что мадридцы — чудесный народ».
Да, Мадрид — испанский город, Барселона — европейский… Вышли на «Ворота солнца» — Пуэрта дель Соль — и пошли куда-то вперед и чуть не опоздали на ужин. А что дальше?
«Вообще-то спать по ночам считается чудачеством в Мадриде, — утверждал папа Хэм. — Мадридец ни за что не ляжет спать, пока так или иначе не убьет время до утра… в квартале Уэртас их «тысяча и один бар», где мадридцы устраивают себе «марча» — нечто среднее между гуляньем, весельем и кутежом. Громко говорят, шумят, спорят, жестикулируют. Так и хочется крикнуть в ответ: «пор фавор», пожалуйста, потише!..».
Нет, в бар мы не пошли. Не тот возраст, не тот доход, да и вообще здесь, в Мадриде, мы чужие. Увы и ах…
25 мая. Валенсия. Утром погрузка в автобус и в путь — до Валенсии 350 километров.
Край знаменитого танца пасодобля и вечной праздничности. А апельсины, игрушки, туфли…
— А разве вы больше не убиваете еретиков?
— Нет, сеньор, теперь мы экспортируем цитрусовые…
По дороге в Валенсию в автобусе шли разговоры о корриде: кто-то побывал на арене на представлении и задает вопросы гиду, как и что? Гид отвечает, что коррида длится 20 минут, но для того, чтобы выйти сражаться, быков выгуливают на пастбищах 5 лет и весят они полтонны. Нагулявшись, быки идут в бой, тем более что их раздражают тореро. Вопрос в автобусе: «А тореро знаком с быком?» В автобусе хохот: да, они познакомились где-то в баре…