Пушкин, потомок Рюрика

Вот и начал Юрий строить Москву, а потом и Дмитров. Как богатырские заставы, эти города-крепости заслонят от врагов, отвратят беду от Суздаля и Владимира. Встанет и вторая линия обороны: сам Ростов-батюшка, Переславль-Залесский, Юрьев-Польской. С западной границы неприступны будут княжеские земли.

Может быть, припомнились князю Юрию тогда отцовские слова: «Что умеете хорошего, того не забывайте, а чего не умеете, тому учитесь — как отец мой[35], дома сидя, знал пять языков, оттого и честь ему была от других стран[36]. Леность ведь мать всему дурному: что кто умеет, то забудет, а чего не умеет, тому не научится. Добро же творя, не ленитесь ни на что хорошее. Пусть не застанет вас солнце в постели».

Вот и он, князь Юрий, Мономашич, радеет о своей земле, украшает ее городами и церквами резными, белокаменными… «Тогда же князь Юрий был в Суздале, и Бог открыл его разумные очи на построение церквей. И были поставлены в Суздальской стороне многие церкви: он поставил каменную церковь на Нерли Святых мучеников Бориса и Глеба, а в Суздале каменную церковь Святого Спаса, а во Владимире каменную же церковь Святого Георгия…» — глаз не отвести от ее затейливой резьбы, словно весь мир вобрала в себя: людей и птиц, зверей и травы. Построил он и в Переяславле церковь Святого Спаса, продолжает летописец, «и дивно наполнил ее книгами…». В книжников Мономашичей, в род свой пошел Юрий.

Строил Юрий храмы и посады в честь своего небесного покровителя, первым славил его в Суздальской земле. И ведь сбылось — через два столетия, в княжение далекого преемника Юрия — Дмитрия Донского, именно святой Георгий Победоносец, поражающий копьем дракона, стал покровителем Москвы.

…Стоит Юрий на высоком крутом мысу, в великой задумчивости обозревает открывшийся перед ним вольный простор. В том самом месте, где впадает в Москву-реку речка поменьше, Неглинная, мыс навис над водой обрывами. На восток, до реки Яузы, луга тянутся, так и зовут то место — Великий луг. И повсюду, сколь может видеть глаз, стоят вековые сосновые боры. Будто сам Божий перст указует быть здесь граду-крепости.

Быстро рос город. Появилась на Боровицком холме первая часовенка. В детинце, в самом сердце Кремля, возвели уже ловкие мастеровые крышу над княжьим теремом. Рядом хоромы пониже, не столь затейливые: там — княжеский тиун будет жить, там — дворня, слуги.

Чуть поодаль — конюшни, скотный и птичий дворы, охотничий дом. Встали крепкие рубленые амбары, клети-кладовые для всякой готовизны: и рыбные склады, и «медуши», где в глиняных корчагах хранились крепкие вина и меды.