Сочинения в 3-х тт. Том 1
- Автор: Хэммет Дэшил
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: ТЕРРА—Книжный клуб; Литература
- ISBN: 5-300-02956-4 (т. 1), 5-300-02955-6
- Переводчик: Э. Гюнтер
- Жанр: Другие приключения
Электронная книга - «Сочинения в 3-х тт. Том 1». Краткое содержание книги:
В первый том Сочинений вошел сборник рассказов, объединенных одним героем-одиночкой, неутомимым борцом с преступностью — «опером из «Континенталя». Он же главное действующее лицо в блестящей дилогии о гангстерах «Большой налет» и «106 тысяч за голову».
Это все, что сообщила мне газета. В течение следующих двух-трех дней, собирая понемногу тут и там, я сумел сложить почти всю историю.
Китаец, полное имя которого было Тай Чун Тау, являлся мозгом шайки. Они использовали беспроигрышный метод. Тай выбирал парня, который был посыльным или курьером какого-нибудь банкира или маклера и которому доверяли крупные суммы наличными или в ценных бумагах.
Затем Эльвира порабощала парня, влюбляя его в себя — что, вообще-то, было совсем не трудно, — а потом мягко наводила на мысль бежать с ней с тем, что он мог взять у работодателя.
Там, где они проводили первую ночь после побега, появлялся Хук, пьяный вдрызг, с пеной у рта. Девушка умоляет, рвет на себе волосы, пытаясь удержать Хука, выступающего в роли ревнивого мужа, от убийства. В конце концов ей это удается, — и в результате у парня нет ни девушки, ни плодов его кражи.
Временами парень все-таки обращался в полицию. Двое из обнаруженных кончили самоубийством. Этот, из Лос-Анджелеса, был потверже остальных. Он вступил в драку — и Хук его убил. Девушка столь великолепно играла свою роль, что ни один из шести ограбленных грабителей не сказал ничего указывающего на ее участие, а некоторые старались вообще о ней не упоминать.
Дом на Турецкой улице был местом, где укрывалась шайка, и, чтобы обеспечить ему безопасность, они никогда не работали в Сан-Франциско. Соседи супругов Квейр считали Хука и девушку их сыном и дочерью, а Тая — китайским поваром. Порядочность и сердечность супругов Квейр бывали полезны при сбыте акций.
Китаец пошел на виселицу. Мы расставили самую лучшую, самую густую сеть на рыжеволосых девиц и поймали в нее множество рыжих девушек с прической «паж». Эльвиры, однако, среди них не было.
Но я пообещал себе, что рано или поздно…
ЖЕНЩИНА С СЕРЕБРЯНЫМИ ГЛАЗАМИ
Пер. Э. Гюнтера и А. Чернер
Меня разбудил телефонный звонок. Я перекатился на край постели и потянулся за трубкой. Старик. Шеф отделения агентства «Континенталь» в Сан-Франциско. Голос деловой.
— Прости, что я тебя беспокою, но придется пойти на Ливен-уорт-стрит. Глентон — так называется этот дом. Несколько минут назад звонил некий Барк Пэнбурн, чтобы я кого-нибудь прислал. Он произвел на меня впечатление человека, у которого не в порядке нервы. Выясни, чего он хочет.
Зевая, потягиваясь и проклиная неведомого Пэнбурна, я стянул со своего упитанного тела пижаму и запихнул его в костюм.
Добравшись до Глентона, я установил, что испортил мне утренний воскресный сон мужчина в возрасте около двадцати пяти лет, с бледным лицом, большими карими глазами, окруженными красными ободками то ли от слез, то ли от бессонницы, то ли от того и другого. Длинные темные волосы растрепаны, фиолетовый халат с большими изумрудно-зелеными попугаями наброшен поверх шелковой пижамы цвета красного вина.
Комната, в которую он меня провел, напоминала аукционный зал до начала распродажи или старинную чайную. Приземистые голубые вазы, искривленные красные вазы, вытянутые желтые вазы — вазы всех форм и цветов; мраморные статуэтки, эбеновые статуэтки — статуэтки из всех возможных материалов; фонари, лампы и подсвечники, драпри, портьеры, коврики, диковинная гнутая мебель; странные картинки в неожиданных местах. Неужели можно хорошо чувствовать себя в такой комнате!
— Моя невеста, — начал он без промедлений высоким голосом на грани истерики, — исчезла. С ней что-то произошло. Что-то ужасное! Найдите ее и спасите от этой страшной…
Я слушал его до этого момента, а потом перестал. Из его уст слова изливались стремительным потоком: «Испарилась… нечто таинственное… заманили в ловушку…» — и были эти слова настолько невнятными, что я никак не мог сложить их воедино. Поэтому я не пытался его прерывать, только ждал, когда у него пересохнет в горле.
Мне не раз случалось слушать людей, которые от волнения вели себя еще более странно, чем этот парень с дикими глазами, но его наряд — халат в попугаях, яркая пижама, — равно как и эта бессмысленно обставленная комната, создавали слишком театральный фон, лишая его слова достоверности.
Барк Пэнбурн в нормальном состоянии был, наверное, вполне приличным молодым человеком. Правильные черты лица, хотя губы и подбородок излишне мягкие. Красивый, высокий лоб. Но когда из потока, который он обрушивал на меня, я время от времени выхватывал какие-то мелодраматические фразы, я невольно думал, что на халате уместнее кукушки, а не попугаи.