Становление Гитлера. Сотворение нациста
- Автор: Вебер Томас
- Год: 2017
- Язык: русский
- Год: Claus Ltd, St Ives. Plc
- ISBN: 978-0-19-966462-7
- Переводчик: Борис Львович Кузьмин
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Становление Гитлера. Сотворение нациста». Краткое содержание книги:
В книге «Становление Гитлера» (Becoming Hitler) Томас Вебер продолжает с того места, где он остановился в своей предыдущей книге «Первая война Гитлера» (Hitler's First War), снимая слои мифов и фальсификаций в собственном повествовании Гитлера, чтобы рассказать реальную историю политизации и радикализации Гитлера в Мюнхене после Первой мировой войны. Это захватывающий рассказ о том, как неуклюжий безработный одиночка с практически неразличимыми качествами лидера и неустойчивыми политическими идеями превратился в харизматичного, уверенного в себе, ожесточённо антисемитского вождя с подходом к политике по принципу «всё или ничего», с которым мир вскоре станет трагически знакомым. Вебер ясно показывает, что картина полностью сформировавшегося политического вождя, какую Гитлер изобразил в Mein Kampf, довольно далека реальности. В начале 1919 года идеи и предпочтения Гитлера были все еще весьма неясными и большей частью неопределенными, и они продолжали изменяться до 1923 года.
Подтверждением возникновения Гитлера стал провалившийся путч Людендорфа в ноябре 1923 года и последовавший за ним судебный процесс Людендорфа. В то время, как инициаторы и зачинатели политической сцены Мюнхена в ходе судебного процесса старались всю вину свалить на Гитлера, тому была предоставлена блестящая возможность поместить себя в центре внимания, превращая то, что было «процессом Людендорфа», в «процесс Гитлера».
С этого времени он больше не будет просто локальным баварским политическим лидером. Отныне он станет выставлять себя в качестве потенциального «спасителя нации». В последовавшие за судебным процессом месяцы Гитлер укрепил этот миф написанием Mein Kampf в своей комфортабельной тюремной камере. Его годы трансформации были теперь позади. Его годы в качестве Фюрера должны были вскоре прийти.
Эта книга — научное исследование немецкого историка Томаса Вебера — в оригинале снабжена множеством ссылок на библиографические источники, как и подобает серьёзному труду. В данном переводе ссылки на источники опущены и добавлено несколько примечаний переводчика.
Был или не был Гитлер действительно арестован и лишён свободы в гимназии Макса, теперь он стоял перед перспективой весьма неопределённого будущего после прибытия в Мюнхен «белых» войск. Как он мог обеспечить то, что его предыдущая деятельность не будет расценена как служба для Советской Республики за пределами служебных обязанностей? Гитлеру нужно было понять, как спасти собственную шею, что будет зависеть более от того, как другие изобразят его службу в предшествующие недели, чем от того, как он сам определил свою политическую лояльность в апреле.
Одним из наиболее устойчивых наследий мюнхенской Советской Республики был огромный подъём антисемитизма. И всё же весной 1919 года он возрастал образом, несовместимым с конечным появлением собственного радикального антисемитизма Гитлера. Будет невозможно понять, как последнее случилось позже в этом году без уяснения природы антисемитизма, от которого он отличался.
В отличие от нацистского антисемитизма, наиболее распространённый вид антисемитизма в Мюнхене в 1919 году не был направлен против всех евреев одинаково. В действительности многие евреи в городе выражали соё открытое отвращение к еврейским революционерам и не воспринимали подъём антибольшевистского антисемитизма весной 1919 года как направленный также и против них. Как вспоминал сын Рафаэля Леви, его отец, доктор, был равным образом ортодоксальным иудеем и патриотом-монархистом: «Мой отец и все наши друзья имели консервативные взгляды», — отмечает он. «Они не думали, что их это затронет. Они думали, что это было направлено против революционеров, подобных Айснеру. Мой отец, мой дядя, так же как и их еврейские и нееврейские собратья солдаты — никто из них не выражал симпатии к тем революционным „горячим головам“ и „атеистам“. Я всё ещё отчётливо это помню».
В отличие от последующего антисемитского преображения Гитлера, рост антисемитизма в революционном Мюнхене в начале 1919 года в большой степени был явлением католических влиятельных кругов города, порождённым из столкновений с поборниками Советской Республики. Его наиболее известное выражение можно найти в дипломатическом докладе Евгенио Пачелли от 18 апреля, в котором будущий папа римский описывает, пользуясь языком антисемитизма, грубое столкновение, которое было у его помощника Лоренцо Шиоппа с Максом Левиеном и другими революционерами в Резиденции, королевском дворце, использовавшемся тогда как штаб-квартира правителей Советской Республики. Оно описывает, как революционеры превратили королевский дворец в «настоящий ведьмин котёл», полный «непривлекательных молодых женщин, среди них больше всего евреек, которые провокационно располагались во всех кабинетах и двусмысленно смеялись». Левин, который в действительности не был евреем, описывался как «молодой человек, русский и еврей к тому же», который был «бледен, грязен, с бесстрастными глазами», а также как «умный и коварный».
В своём докладе будущий папа Пий XII и его помощник явно разделяют чувства, распространённые среди многих в Мюнхене, что революция была преобладающим образом еврейским предприятием. Вдобавок к своему антикоммунизму с сильными антисемитскими нотками Пачелли также отвергал еврейские религиозные практики (подобно тому, как он в качестве главы католической церкви, отвергал все некатолические религиозные практики). И тем не менее он был счастлив поддерживать евреев в нерелигиозных делах, раз за разом помогая сионистам, которые обращались к нему за помощью, пытаясь вмешаться в поддержку евреев, озабоченных подъёмом антисемитского насилия в Польше, или предупреждая в 1922 году министра иностранных дел Германии, еврея Вальтера Ратенау, о готовящемся заговоре с целью его убийства. Действия Пачелли с целью помощи еврейским сообществам были подобны таковым же Михаэля фон Фаульхабера, архиепископа Мюнхена, который был счастлив оказать услугу, когда еврейские представители обращались к нему с просьбой о помощи. И в письме к главному раввину Люксембурга Фаульхабер неодобрительно упоминает рост антисемитизма в Мюнхене: «Здесь в Мюнхене мы также видели попытки […] раздуть огни антисемитизма, но к счастью, они не сильно разгорались». Архиепископ также предлагал Центральной Ассоциации граждан Германии иудейского вероисповедания помощь в предотвращении распространения антисемитских памфлетов за пределами церквей.