![Нечестивый Консульт [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/4/8/1/0/nechestivyj-konsult-litres-download.jpg)
Нечестивый Консульт [litres]
- Автор: Бэккер Ричард Скотт
- Серия: Аспект-Император #4
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: 1 редакция (13)
- ISBN: 978-5-04-157748-3
- Переводчик: Александр Владимирович Баранов
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Нечестивый Консульт [litres]». Краткое содержание книги:
– Рога! – кричали они. – Скоро Рога Голготтерата восстанут на горизонте!
И вновь людей охватила неистовая злоба, столь легко переходящая в молитву и преклонение, вершились зверства, перетекавшие в славословия. Косматыми клочьями обрушилась с неба ночь, даруя долгожданную передышку от всевластия солнца. Гвоздь Небес висел занесённым над ними, словно обнажённый клинок, ожидающий оглашения приговора, а раскинувшиеся вокруг пустоши блестели так ярко, будто чёрный прах агонгорейских равнин был перемешан с алмазами. Погрязшие во грехе сыны Трёх Морей жадно поглощали своих заклятых врагов. Шатры и павильоны пустили на топливо, шипящие и исходящие жиром конечности, наколотые на копья, подрумянивались над кострами. Таинственность ночи объяла и поглотила их, ибо по прошествии времени темнота и насыщение как бы соединились для них в некую единую, словно бы восставшую из небытия, сущность. Оргиастические излишества, сексуальное насилие, визжащие вопли и вспышки порочного веселья – все эти разнузданные порывы овладевали ими, повелевая их кулаками, ртами, устами и ладонями, понуждая их к злодеяниям и преступлениям, в равной степени как совершаемыми Мясом, так и творимыми во имя Мяса. Лишь закончившиеся запасы шранчьей плоти слегка умерили злобное безумие этой вакханалии, ибо той ночью они пожрали последние остатки Мяса и забили первую из оставшихся лошадей.
Утро застало их терзающимися от голода. Странный оскал застыл на лицах тех немногих из них, кто в силу своей неудачливости либо низкого положения остался и вовсе без еды. Ухмылка бессильной ненависти и ожидания неминуемой смерти в этой залитой лучами солнца пустоши.
Пройас глядел на происходящее сквозь пламя святого Племени Истины и, несмотря на испытываемое им отвращение, ликовал, прозревая всю неисчислимость совершаемых мужами Ордалии грехов и овладевших ими пороков.
Образы, порою ускользающие, а порою ясные или снова колеблющиеся, приковывали к себе всю его сущность, иссекая сердце вспышками гнева: мясо, молотящее мясо, кости, ломающие кости. Видения сладостные, с привкусом гнили: блестящие от пота, с натугой испражняющиеся людские тела…
Сё мясо – дрожащее, сражающееся, борющееся, а затем дёргающееся и скручивающееся.
Не существовало ничего основательнее, глубиннее мяса.
И всё же люди во всех основополагающих смыслах выбирали и возвышали над мясом вещи совершенно эфемерные. Они повсюду развешивали свои святыни, коренящиеся в сущностях мимолётных и ускользающих, в сущностях чересчур шатких для вечности, чересчур закостеневших для подлинного страдания или же, напротив, чересчур быстро ускользающих, как только речь заходит о спасении жизни. Но они, тем не менее, готовы были скорее восславить собственное дыхание, нежели смириться с тем фактом, что глубинной основой их является мясо.
Ну и дурачьё! Что есть душа, как не вуаль, наброшенная человечеством на свою сущность в попытке уберечься от того унизительного смрада, который от этой самой сущности и исходит? Что есть душа, как не облачение, которое может оставаться столь чистым и безупречным лишь будучи совершенно незримым!
Сидящий голым в своих покоях, экзальт-генерал раскачивался на корточках, хихикая и издавая протяжные крики.
– Да! – вопил он. – Вот и всё! С ножом!
В Боге нет ничего человеческого… Бог – словно паук.
Никого и ничем не способный одарить.
Тем временем Мясо, в полном согласии с собственной сутью, темнело и разбухало во всей своей красе.
Звон Интервала не раздался следующим утром.
В лучах восходящего солнца огромный, бездумно разбросанный лагерь представлял собою зрелище мрачное и удручающее, напоминая столицу какой-то одичавшей нации беженцев. Они поднимались один за другим, выбираясь из своих палаток и укрытий, подобные, скорее, искусно сделанным глиняным истуканам, нежели людям. Никому из них ночь не принесла сна. Дыхание у людей перехватывало, а сердца замирали при виде той цены, что пришлось заплатить их товарищам за блаженство, выпавшее на их долю. Но в той частичке их душ, которой следовало бы корчиться от боли и вопить от невыразимой тяжести совершённых ими грехов, обреталась ныне лишь пустота – укоренившаяся глубоко внутри рефлекторная слепота к тому, чем они стали…
И продолжали становиться.
– Наш Пророк покинул нас… – осмеливался кое-кто из них потихоньку шептать своим братьям.
А теперь и Мясо.
С поспешностью слабовольных мужи Ордалии готовились выступить, обращая в труды и заботы весь груз ужаса, скопившегося внутри их сердец. Но ужасали их не те наполненные дикостью и безумием ночи, что остались позади, а те дни, что им теперь предстояли. Мясо закончилось! А они ушли прочь с полей, где остались лежать шранчьи туши. Сколько должно минуть дней, чтобы гниение сделало мясцо тощих сладковатым на вкус? Сама мысль об этом была подобна болезненному падению в какую-то яму. По коже струился пот, а голову жгло от боли. Повсюду, куда ни глянь, люди жадно сглатывали слюнки, без конца преследуемые воображением, подсовывавшим им ощущение и вкус хорошенько прожаренных и умащённых жирком кусочков, медленно тающих прямо во рту. И они поспешали, дабы не позволять медлительности ещё сильнее терзать их души буйными фантазиями… воплощающими миражи, что не способно было призвать пристыживающее солнце. Существует способ, с помощью которого люди могут сделать подспорьем терзающий их голод, превратить его в нечто вроде рычага, способного усилить ту часть их природы, что следовало бы называть бо́льшей. Когда-то люди сумели распрямить свои спины и подняться с четверенек, повинуясь изменениям, случившимся с их душами, – тому фанатичному упрямству, что распространяется тем сильнее и дальше, чем большие уродства кроются внутри.