Адольф Гитлер: клинический случай некрофилии

Нельзя сказать ничего определенного о том, как повлияла на четырнадцатилетнего Адольфа смерть отца. Если бы, как писал впоследствии сам Гитлер, конфликт с отцом был причиной его неудач в школе, смерть этого жестокого тирана и соперника знаменовала бы начало свободы. Он должен был почувствовать освобождение, начать строить реалистические планы, трудиться для их осуществления и, быть может, вновь повернуться с любовью к матери. Но ничего такого не произошло. Он продолжал жить так же, как прежде. Гитлер был, по выражению Смита, «почти целиком соткан из удовольствий, доставляемых играми и мечтами», и не мог найти выхода из этого состояния.

Посмотрим теперь на конфликт Гитлера с отцом, возникший в годы его учения в Realschule, еще с одной стороны. Алоиз Гитлер решил, что его сын будет учиться в средней школе. Гитлер-младший не проявил особого восторга, но этот план принял. В соответствии с версией, изложенной в «Mein Kampf», настоящий конфликт начался, когда отец стал настаивать, что ему надлежит стать чиновником. Это желание отца было само по себе вполне естественным, поскольку Алоиз находился под впечатлением собственных успехов на этом поприще и думал, что это станет лучшей карьерой и для сына. Когда Адольф выдвинул контрпредложение, сказав, что он хочет быть художником, отец, по его версии, заявил: «Нет, только через мой труп». Гитлер-младший пригрозил тогда, что он вообще забросит учебу. И когда отец не уступил, «я, не говоря ни слова, превратил мою угрозу в реальность» (А. Гитлер, 1943). Таково объяснение самого Гитлера. Однако оно слишком удобно, чтобы быть истинным.

«Это объяснение точно соответствовало самооценке Гитлера, считавшего себя человеком твердым и решительным, который к 1924 г. (году, когда была написана «Mein Kampf») прошел уже большой путь и намеревался уверенно идти дальше — вперед к победе.

Вместе с тем оно было согласовано с образом мятежного художника, смело устремившегося в политику, чтобы спасти Германию. Но, главное, этим удалось объяснить его плохую успеваемость и медленное взросление, а заодно — представить в героическом свете весь юношеский период, — весьма сложная задача для всякой автобиографии, имеющей в виду политические цели. Вообще, история эта так хорошо увязывается со всеми намерениями будущего фюрера, что невольно закрадывается подозрение — уж не выдумал ли он ее от начала до конца» (Б. Ф. Смит, 1967).

Вполне вероятно, что отец хотел, чтобы сын стал чиновником. С другой стороны, отец никак его прямо к этому не принуждал. И юный Гитлер не сделал того, что сделал в пятнадцатилетием возрасте его старший брат, — не вступил с отцом в открытый конфликт и не ушел из дома. Наоборот, он примирился и освоился с этой ситуацией, и только еще больше замкнулся в себе.