Сюрприз в рыжем портфеле
- Автор: Егоров Борис Андрианович
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Советский писатель
- Жанр: Юмористическая проза
Электронная книга - «Сюрприз в рыжем портфеле». Краткое содержание книги:
В издательстве «Советский писатель» вышли его книги: «Капля внимания», «Происшествий не случилось», «Маски», «Ангел в командировке».
Работы Б. Егорова были высоко оценены критикой и отмечались премиями «Литературной газеты», Союза журналистов СССР. Он — лауреат Международного конкурса юмористического рассказа имени Алеко (Болгария).
В настоящий сборник входят три повести: «Сюрприз в рыжем портфеле», «Пирамида Хеопса», «Письма Сынулина», сюжетной линией которых является деятельность вымышленного учреждения УКСУС, а также рассказы и фельетоны.
Естественно, в сборнике собраны самые удачные, самые веселые рассказы и фельетоны, прошедшие проверку временем, получившие высокие оценки и отклики читателей и критики.
— Садитесь, — сказал Тюриков, не глядя в их сторону. — И подождите. Я вот тут беседую.
Начальник отдела беседовал с мужчиной, одетым не по-летнему тепло — в ватную телогрейку.
— Когда же, Петрович, наконец вы сдадите нам свою карточку?
— Никак в фотографию не соберусь: встану утром, погляжусь в зеркало — физиономия несоответствующая.
— Пить надо меньше. Почему вы так часто пьете? Пили хотя бы по праздникам.
— А я только по праздникам, — скромно пояснил Петрович. — Ну, январь, например: Новый год, старый Новый год, татьянин день, четыре выходных, две получки. В феврале — День Советской Армии, «Проводы русской зимы» — целая неделя. А тут уж и Восьмое марта близко, потом майские дни.
— Так оно и идет?
— Так и идет. Дальше День печати, радио, Победы, День защиты детей, праздник пограничника, металлурга, физкультурника, строителя, железнодорожника, шахтера, артиллериста, танкиста, авиационный день, николин, петров, ильин, спас, покров, Вера — Надежда — Любовь — София и, обратно, две получки и четыре воскресенья.
— Значит, что же, я так и не получу вашей карточки?
— А можно, я старенькую принесу?
— Вы, Петрович, дурака не валяйте. Мы вас держим как старого, опытного работника. Но и у нас, понимаете, терпение тоже есть.
Когда Петрович ушел, Ромашкин спросил Тюрикова:
— А где этот товарищ работает?
— На холодильнике. Но вот выпить любит, имеет слабость. А дело знает крепко. По всем видам отчетности холодильник на высоте… И вообще холодильник у нас передовой. Техника какая! Полупроводники, электроника! Взяли обязательство — замораживать в счет восьмидесятого года! — сообщил Тюриков. — Ну, теперь давайте с вами… По оргнабору или с путевкой?
— С путевкой.
— Ясно. Куда приехали — знаете. Строим рудник, руду будем добывать в карьерах, открытым способом. Очень мощное создаем хозяйство. В день даст столько руды, сколько Тралия, Валия, Трындия и Брындия, вместе взятые! Если собрать всю землю, которую мы вывезли в отвалы, получится пирамида этого — как его? — Хеопеса.
— Хеопса, — поправил Ромашкин. Но Тюриков реплику пропустил мимо ушей и продолжал:
— Рядом с рудником — горно-обогатительная фабрика. Начальник строительства… то есть директор товарищ Росомахин, заместитель по быту товарищ Чаевых, выше подчиняемся непосредственно товарищу Кристальному, моя фамилия — Тюриков, Юрий Иванович. Вопросов нет? Дайте путевочку, фотокарточку, дипломчик. Так, так, Ромашкин, значит? Будете в техническом отделе. Есть оттуда заявочка. А вы, следовательно, Ромашкина? Образование какое?
— Среднее. В этом году готовлюсь поступить в Лесогорский заочный институт…
— Трудовую книжечку! Так. Будете машинисткой у товарища Росомахина. Работу представляете? Документы наверх — на мелованной бумаге через два интервала без единой ошибочки, скалывать скрепкой, под скрепку — аккуратненькую розовую подкладку. Документы для управления — на газетном срыве, полтора интервала, скрепка без подкладки. Документы вниз — на папиросной бумаге, один интервал, скрепляются клеем. Частные бумаги не печатать. Халтуры не брать. Лишние экземпляры не закладывать. Машинку после работы — под колпак и на ключ: материально ответственны.
Тюриков так щедро нашпиговал Люсю-Милу инструкциями, что, когда она выходила от него, ее слегка покачивало и она едва не стукнулась о сейф.
А в общем ничего плохого не произошло. Товарищ Тюриков, видимо, давно работал на кадрах и поэтому вел себя, как священник, в тысячный раз отправлявший надоевшую ему требу. А отправлять надо: полагается.
Ромашкины шагали по Однотрубному.
Навстречу им мчались тяжело груженные самосвалы. Тарахтели мотоциклы. Шли веселые девчата в синих комбинезонах, перепачканных известкой. Рослые, широкоплечие ребята тащили из магазина детские стульчики. Значит, появились в этом городе новые граждане. Ведь рудник приехала строить молодежь — парни и девчата, многие из которых, как и Ромашкин, недавно поженились.
— А ты знаешь, Милочка, я все думаю про этого человека, который пьет только по праздникам, — сказал вдруг Костя. — Как его зовут, красноглазого?
— Петрович. С холодильника.
— Так он живет в нашем Аппендиксе. Про него бабка Актиния сказала: «Хороший человек, всегда поможет». Чем он ей помогает? Тащит что-нибудь со своего холодильника?
— Ох, Костя, всегда ты любишь критиковать!
— Между прочим, лозунг критики и самокритики никто не отменял…