Режиссер твоего завтра

Вперед протянулся длинный коридор, где-нигде освещенный мерцанием люминесцентных ламп. Возле голых стен на бетонном полу валялись груды пустых коробок. Мартин прошел мимо быстрым шагом, зовя следом и чудом не задевая ничего на полу. Будто ходил здесь каждый день.

Недолго побродив по лабиринту служебных помещений, мы вышли в торговый зал гипермаркета. Мартин не остановился, двинулся дальше, а вот я замерла, смотря на полупустые полки с товарами, срок годности которых будто истек десятки лет назад. Лампы вверху мигали, скрывая в темноту и затем снова показывая в свете унылые, заброшенные ряды. На полу валялись ценники, обрывки одежды, бутылки из-под спиртного, а некоторый мусор и вовсе не поддавался опознанию. Как Мартин прошел через весь этот бардак не споткнувшись и ничего не раздавив, я не знала.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Наконец он вышел на центр зала и рукой поманил к себе. Прошла не одна минута, прежде чем я догнала его.

— Теперь ты мне расскажешь? — спросила, когда подошла достаточно близко.

— Я тебе покажу.

Мартин протянул ко мне руку, обмотанную бинтами. В ответ я протянула свою, с которой по-прежнему капала кровь. Только наши пальцы соприкоснулись, как теплое сияние озарило наши руки. Кровь растворялась, бинты таяли, даже лампы с потолка засветили ярче, словно зарядились от неведомого источника энергии. Мартин сомкнул свои пальцы с моими, подводя меня ближе, и чем меньше между нами оставалось расстояния, тем светлее становилось вокруг.

А вместе с тем витрины выталкивали из себя грязь, товар оживал, возвращаясь к первозданному виду, мусор под ногами рассыпался в пыль, которую спешили вытянуть вновь заработавшие вытяжки. Еще один мой шаг — и товары на полках принялись размножаться, заполняя пустовавшее раньше место, акционные ценники самых разных цветов запестрели между ними, и у меня даже появилось желание купить килограмм тех заманчиво желтеющих бананов по акции.

Мартин взял меня за вторую руку, и из-за служебной двери послышались голоса. Меня передернуло, я с опаской взглянула туда, откуда недавно вышла. Ведь по пути к залу мы не встретили ни души.

— Не бойся, — сказал Мартин и притянул меня вплотную к себе. Между нами почти ничего не осталось, и я обняла его, кладя голову ему на грудь. Немного помедлив, он тоже приобнял меня.

Теперь я не чувствовала страха, лишь спокойствие и согревающее нежностью тепло — мне так не хватало этого последнее время.

Через служебную дверь, что-то весело обсуждая, в зал вышли работники гипермаркета и разбрелись по отделам. А с другой стороны, через вход возле касс, начали заходить покупатели, везя перед собой пустые тележки, многие из которых через несколько минут стали набитыми товарами с полок. Вокруг нас закипел привычный день: мимо сновали люди, бегали дети, работники выкладывали товар на быстро пустеющие полки.

Только мне нужно было знать наверняка. Освободившись от объятий Мартина, я отступила на несколько шагов назад — и разруха вернулась мгновенно. Помещение утонуло в полумраке еле мигающих ламп, тени сгустились на полках с протухшими товарами, мусор под ногами будто никуда не пропадал. Я оглядывалась, не веря своим глазам.