Желание зверя 2

Из-за ограниченности пространства я была почти припечатана к его боку, но никаких романтических эмоций в связи с этим уже не испытывала. Всё-таки не то место и время. Чувствовала только напряжёную целеустремлённость Зейна. К счастью, идти пришлось недалеко, до ближайшего ряда огромных на фоне скромной территории самого кладбища усыпальниц.

Помпезно, броско и богато. Даже фонари здесь светили не в пример ярче. Мы остановились около чугунной ограды одной из них – из чёрного мрамора с узнаваемым гербом над массивной кованой дверью. Фамильный склеп Ривендоров – он тоже был здесь, в этом привилегированном ряду. По другому и быть не могло: Ривендоры – древний и уважаемый род оборотней.

Ночь, кладбище, могилы... Для пущей атмосферы только свет фонаря мешал. Как посещение семейной усыпальницы сможет объяснить мне отношения Зейна с бывшей женой? Я честно не понимала.

Зейн потянул за дверную ручку, и мне почему-то почудился натужный скрип, который в моём представлении должен был бы обязательно сейчас прозвучать, но дверь, к удивлению, поддалась легко и бесшумно.

"Зачарованная!" – Поняла я мгновение спустя. Спокойно открыть и войти внутрь усыпальницы без магического ключа могли только представители рода.

Что за средства, благодаря которым Мишель добилась-таки своего, и Зейн женился на ней, скрывались там, внутри?

Мысли, сменявшие друг друга, были одна другой безумней. Кто-то же в конечном итоге умер? Иначе, что бы мы тут делали? Ну, не компрометирующие же документы они хранят в фамильном склепе, в самом-то деле?

Даже не знаю, что я ожидала увидеть и почувствовать, попав внутрь склепа – не каждый же день гуляю по таким местам. Наверное, тёмное и тесное пространство и сжатый воздух с запахом сырости и явным привкусом плесени. Почему предвкушение было именно таким, объяснить толком не могла. Книг начиталась? А, может, просто, потому что мы пришли сюда уже практически ночью? Скорее всего. Но шагнув следом за Зейном, была успокоена и даже удивлена: мигнув, зажглись сразу несколько магических светильников, стилизованных под факелы, освещая вполне живенькое помещение, если это определение можно было применить к такому месту.

Никаких гробов, вековой пыли и висящей тут и там паутины. Да-да, всё это безобразие моё живое воображение перед этим рисовало тоже. Спускаясь на пару имевшихся здесь ступенек вниз за Зейном, я рассматривала ровные стены, со всех сторон сплошь от пола до самого арочного потолка увешанные широкими медными табличками, на каждой из которых красовалась фамильная надпись.

Да, род Ривендоров, и в самом деле, был очень древним!

В центре возвышался небольшой мраморный постамент с мраморным же вазоном. Букет в нём давно уже завял, но всё же говорил о том, что это место посещали чаще, чем раз в год.

– Знаешь, есть некоторые вещи, которых ты никогда не ожидаешь от близких людей. И не важно, родственник это или человек, с которым у тебя были длительные личные отношения. Даже понимая, что этот человек представляет из себя на самом деле, ты упорно продолжаешь считать, что именно с тобой он будет соблюдать хоть какие-то нормы приличия.