Застрявшие. Искупление

– Утопия невозможна, Ева, в этом и есть суть равновесия – добра должно быть столько же, сколько и зла или же наоборот, только тогда мир будет находится в нормальном состоянии, – сказала она и отошла от окна.

Очень ироничная правда, всем нам с самого детства твердят, что зло – это плохо, а добро – это хорошо и нужно всегда идти только по пути второго, а если же ты будешь идти по пути первого – ты будешь никому не нужен, издевательская мораль. Стены церкви видели больше зла чем пыточные, а кладбище видело больше сострадания, чем храм. Тогда почему один из примеров олицетворяет добро, хотя там творится преимущественно зло, а второй предстает перед нами в роли чего злого и страшного, хотя чистых сердцем там в разы больше.

Мы живём в том мире, который порой не в состоянии понять и скажем больше, сам создатель заметьте не в состояние понять, где зло, а где добро, если заставляет убивать тех, кто ослушался его правил. И утопия…сущая ложь, которую невозможно воплотить в жизнь, ведь существуют случаи, когда мы не можем себя контролировать, нарушаем правила и как тогда с нами поступать, если наказание подразумевает нарушение этих же правил. Замкнутый круг недопустимый к пониманию и воссозданию.

– Я сделала фото нескольких людей, которые были там в эти дни несколько раз, – Диана отвлекла Еву от размышлений.

Светловолосая подошла в её сторону и посмотрела на фото, некоторых она видела и у себя, но один…привлёк внимания больше. Он был с компьютером, на его лице выражалась всегда едкая ухмылка и что не мало важно….Ева видела его около того самого автосалона…и он сказал, что она похожа на дочь Татьяны….

– Дай-ка сюда, – она взяла компьютер в руки, загружая лицо парня в браузер.

Ей потребовалось всего несколько минут, прежде чем найти ник в социальных сетях…даже смешно, как в наше время легко найти кого-то даже по обычной фотографии нашего лица…невозможно скрыться, даже не нужен доступ к файлам высших инстанций, которые следят за законом.

– Нет, – сорвалось с губ Уваровой.

Она положила компьютер на диван и отошла дальше, держась за голову и что-то говоря себе под нос, этого было не слышно, но эмоции, паника, с которой она всё это бормотала, заставляли дрожать и пугаться.

– Как я могла это упустить. Как я сразу не поняла. Кто ещё может держать на нас и Фостера такую обиду, – срывалась она на крик, сжимая свои волосы сильнее.

По телу разливалось дикое и неприятное чувство, словно жидкий метал, который заставлял всё болеть и желать собственной погибели.

– Это он? – Диана спросила это уже в пятый раз, но Уварова не слышала её, лишь издавала нечленораздельные звуки.

Рыжеволосая подскочила к ней, хватая её за запястья и заставляя посмотреть в свои глаза…на лице Уваровой была боль, сожаление, жалость….она не боялась, она жалела о сделанном когда-то.

– Ева, успокойся и объясни, что ты поняла, – выделяя каждое слово, спросила она.

Уварова тяжело дышала, через пару минут ей удалось прийти в себя и она села на кресло медленно дыша.