![Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
— Доктор! Я не нарочно. Мне очень жалко Ефросинью...
— Хватит. Завтра я погляжу, как ты себя чувствуешь и...
— Я сегодня пойду. Можно? Возьмите, доктор! — упра
шивала Рита, заглядывая в глаза Любови Антоновне.
...Рита должна работать... Физически она здорова. Ее угне
тает сознание собственной ненужности... — думала Любовь Ан
тоновна, ласково трепля густые волосы Риты. — Посажу ее
возле Андрея. Днем он на глазах, а ночью... Санитары часто
засыпают. Сара Соломоновна советовала трудовую терапию...
Она невропатолог... При нервных потрясениях самое целесо
образное — труд, если нет под руками надежного лекарства.
А какое надежное лекарство есть у невропатологов?.. А у
психиатров?.. Грустно... Психиатрия топчется на месте. Как
и два века назад — мокрые простыни... Привяжут к кровати —
73
и все... Ограничения... Еще скипидар и болезненный абсцесс...
Поднимется больной с кровати через месяц — и снова скипи
дар... или снотворное. Цепи сняли, картину нарисовали, рас
кованные душевнобольные с обрывками цепей на руках и
ногах благодарят своего освободителя врача, а лечить не на
учились... Все таинственно, непонятно, механизм болезни не
изучен. Мы стоим у истоков, как и наши предки. Не знаем как,
не знаем чем лечить. Тибетская медицина шла путем опытов.
Эмпирический путь далеко не самый плохой... Нам еще надо
учиться многому у народной медицины... Помогает труд, будем
лечить трудом.
— Ты ночью крепко спала?
— Как убитая.
— А во сколько легла?
— Где вы были сегодня ночью?
— Дежурила. Ты не ответила на мой вопрос.
— Часов в двенадцать.
— Сегодня подежуришь до двенадцати. Y меня один мо
лодой больной. Плохо ему.
— Что с ним, доктор?
— Избили.
— Кто?
— Какой-то Падло. Что за идиотская кличка!
— Я его знаю. В карцере видела через щелку. Он хотел
повесить одного хорошего человека. Его звали... по отчеству
Матвеевич, а имя забыла.
— Федор Матвеевич, — подсказала Любовь Антоновна.
— Вы его знаете? — удивленно спросила Рита.
— Он лежит у меня в корпусе.
— Значит он жив?! — обрадованно спросила Рита.
— Жив. Благодарил тебя.
— А откуда он меня знает?
— Я сказала.
— Я обязательно пойду к нему. Вы меня пустите?
— Попозднее.
— А сегодня?
— Сегодня ты будешь дежурить у Андрея.
74
— Y какого Андрея?
— Y того, которого избил Падло.
— Мне не нравится его имя. Если бы его звали как-нибудь
по-другому...
— Ты про кого говоришь?
— Про Андрея.
— Я не разрешу тебе ухаживать за ним.
— Почему? — обиженно протянула Рита.
— Раз имя не нравится, ты и сидеть возле него не захо
чешь, -— пошутила Любовь Антоновна, но Рита приняла ее сло
ва всерьез.
— Y нас на улице, когда я была маленькая, один Андрюш
ка всегда обижал девочек. Мы от него плакали. Вот почему
мне его имя не нравится, — пояснила Рита.
— Этот Андрюшка тебя не обидит. Он не может сам есть.
— За что его так сильно избили?
— Вступился за товарища.
— А он не вор ваш Андрюшка?
— Он не мой, а наш. Не хочешь дежурить, так и скажи,
— рассердилась Любовь Антоновна.
— За мной ухаживали, а я не хочу? Я думала, он вор...
Потому так и говорила, — призналась Рита
— И про мальчишку соседского ты выдумала?
— Нисколечко, — горячо возразила Рита.
От землянки до седьмого корпуса метров двести, если
идти напрямик. Доктор и Рита проходили мимо высокого де
ревянного забора. Что было за ним, кто там жил, Рита не
знала. Войти вовнутрь зоны, огражденной забором, можно бы
ло только через узенькую калитку, возле которой всегда де
журит самоохранник. Рита дважды проходила мимо этой ка