Особенности успешного брака

Если мои славные предки все просрали, то с чего бы мне об этом переживать?

В общем, Талланская корона была моим маленьким грязным секретом, который я никому не собиралась раскрывать. Конечно, будучи ее обладательницей, я бы легко могла собрать свой культ и озолотиться на пожертвованиях, или взаправду сесть на трон, но… Как говорил дядя: шкура дороже денег.

Император закономерно легче поверил в то, что Талланская корона — выдумка дяди, чем в то, что корона великих королей открылась несмышленому ребенку. Родовые артефакты вообще редко появлялись в юном возрасте по вполне понятным причинам. Деши мертв. А больше никто не знал — в этом я была уверена.

Но могла ли у Его Величества быть какая-то другая причина мне угрожать?

Или это моя паранойя и я действительно просто достала кого-то достаточно, чтобы меня захотели убить? Ну вот просто так, без всяких страшных тайн? Лучше бы, если так!

— О боги, ваш кузен умер! — ахнула Аглая, но тут же приглушила голос, прошептав сочувственно, — Соль, мне так жаль…

— Да, так грустно. Но ничего, — я улыбнулась, — Это было давно.

— А вам… — она запнулась на секунду, но все-таки спросила, — Тяжело, наверное, без семьи? Вы сказали, и я вдруг подумала — а как это вообще? Без семьи. Совсем одной. Я представила, что у меня никого не осталось: ни мамы, ни папы, ни братьев, ни кузенов…

Я посмотрела на нее. Ей было любопытно и неловко, и жутко от слов, которые она говорит. Что ее семьи может не быть. И от этого ее страха было немного тошно. Потому что когда-то я тоже не могла себе вообразить как это — совсем одной.

Я до сих пор не верила до конца, что все произошедшее в те дни — реально. Просто решила проблему и пошла дальше, стараясь не думать об этом слишком часто, не разбираться глубоко, не копаться.

Вполне счастливое детство в доме дяди никак не соотносилось у меня с последующим предательством. Пусть с Деши мы не дружили никогда, но я почему-то была уверена, что раз мы родня, то это что-то значит для нас обоих. Что случись у него что — я помогу, а случись что у меня — он не бросит. Дядя всегда думал о том, какому дому меня невестой повыгоднее продать, но я ни за что бы не подумала, что он не подумает при этом так же и о моем счастье. Что он меня не невестой в хороший дом отдаст, а вот так.

Я до сих пор не могла принять, как легко меня предали и как легко предала я сама. Предала и убила. Одна из немногих вещей, которая пугала меня по-настоящему — это чужой разум, который не разгадаешь, каким бы проницательным ни был. Никогда не знаешь даже, как поступишь сам, а уж про других… И говорить нечего. Даже от самых близких можно ожидать буквально всего. Это не укладывалось в голове даже спустя столько лет. Вот ты счастлив — веришь и любишь. А вот одна неделя, один день, и ты тоже — одна.