Бесценный дар [СИ]

— После закрытия один друг едет к себе, нам по дороге, — пояснил Фома. — Мы возьмём с собой подругу Стена, ей тоже в ту сторону.

— Моя Манюся провинциа-алочка! — пропел Стен, обнимая девицу. Манюся поперхнулась жвачкой и шлёпнула дружка по лбу ладошкой.

Под какофонию музыкального шоу, где на потемневшем, перечёркнутом серыми кудлатыми дирижаблями облаков, небе бесновались лучи световых картин, рисуя дрожащими линиями химерические силуэты, они встретились с Санитаром.

— Это Санитар! — сказал Фома, и стоящий рядом с ним молодой человек улыбнулся Астре. Они теснились на вытоптанном уголке площадки, музыка металась над толпой, ритмично ударяя невидимыми кулаками по зрителям. Пахло потом, пивом, выпитым и вылитым, поднятой с вытоптанной земли пылью и ещё невесть чем. Дрожащий свет лазерного шоу высвечивал фигуры и лица случайными фрагментами, делая их странной пародией на самих себя.

Санитар был молодым человеком немного постарше Фомы, и смотрелся вполне цивилизованно. Если только к признакам цивилизации можно было отнести старомодную бородку клинышком и выстриженные тоненькой полоской усики над губой, наводящие на мысль о пиратах и неведомых морях, где корабли бороздят залитые солнцем волны под флагом с черепом и костями. Дополняли эффект смуглое лицо и чёрные, узкие глаза под густыми ресницами. На нём была строгая фуфайка хорошего качества и кожаная жилетка, расшитая неведомыми для Астры надписями и символами.

— Если хотите ехать, то собирайтесь прямо сейчас, — сказал Санитар. Голос у него был приятный, с лёгким нездешним выговором. — В ночь тащиться неохота.

Они оторвали Манюсю от приятного танца под музыкальную какофонию, в обнимку с долговязой девицей. Они скакали по площадке, выбрасывая ноги в стиле кабаре, и залихватски взвизгивая. Девица трясла полупустой бутылкой пива в руке, в такт танца равномерно выплёскивающей содержимое из горлышка.

Разлучённые подружки смачно чмокнули одна другую в щёки. Манюся, увлекаемая Стеном к краю площадки, прощально махала рукой, и покрикивала: «Привет девчонкам! Пока, Стеллочка!» Стеллочка утирала слезу и махала рукой с зажатой в изящных пальчиках бутылкой. Пиво брызгало на маечку, окропляя едва прикрытые, подпрыгивающие веснушчатые прелести девицы и оголившийся животик.

У края площадки, где стояли редкие байки, и тихо переговаривались отколовшиеся от общего веселья люди в жилетках и банданах, уже ждал Санитар со своим транспортным средством. Был поздний вечер, и стало заметно прохладнее. Настырно гудели комары. Визгливые звуки веселья здесь приглушали чахлые ряды тополей, и с центра площадки доносился лишь ритмичный стук басов. Негромко разговаривали на своём странном, полном специальных терминов, языке стоящие у своих мотоциклов люди в расписных жилетках. Вечерний ветерок пробрался под курточку, Астре стало зябко, и снова ощущение чужого взгляда тревожно кольнуло кожу.