Мертвый узел

– Если сейчас же не прекратишь, – неожиданно строго зашипела Алисия, – скажу Кэри, и он тебе руки к кровати привяжет.

Я царапала свои пальцы. И вот уже шестой след от ногтя взрывал кожу, оставляя на ней красные бусины крови. Шестой след и десятое замечание от ланкмиллерской сестры. Правда, впервые достигшее своей цели. Слова «Кэри» и «привяжет» подействовали на меня как два удара током, и я молча прекратила, не огрызаясь, не пробуя съязвить, что дело вроде бы не ее. Просто опустила руки, и все.

Алисия неожиданно обняла меня, забыв, что прижимается к спине, которую только пару минут назад с осторожностью обрабатывала. Лбом уткнулась в плечо.

Я была бесконечно благодарна ей за то, что она не оставляет меня, когда так нужно, за то, что не лезет в душу. За то, что губы ее кое-как заглушают боль. Но мне решительно нечего было предложить взамен.

Алисия ничего и не просила.

Когда она уходила, я оставалась одна и даже носу не казала из комнаты, лишь бы только не столкнуться случайно с хозяином этого мрачного особняка. Он тоже не искал встречи, к счастью. Работал или заливал коньяком свежие сердечные раны – я не знала. Алисия говорила, что ему стыдно показываться мне на глаза.

Но это были глупости.

В тот день ближе к вечеру она почему-то так и не появилась, и время приближалось к полуночи, когда я, бездумно уставившись в мерцающий экран телевизора над кроватью, все еще ждала ее. Так верно, словно она что-то мне обещала.

Я не искала неприятностей, но они, как это обычно водится, нашли меня сами.

– Кэри, нельзя не спать третью ночь подряд! – послышался за дверью звонкий голос Алисии, и через секунду она втолкнула своего братца, куда больше походившего на ходячий труп, ко мне в комнату. – Раз тебе нечем заняться, займись-ка ты делом. В конце концов это твоя наложница и твои обязанности. Заодно посмотришь, что ты наделал. А я, прости уж, еле на ногах держусь, – добавила она уже без всякой спеси и значительно тише. – Все будет хорошо. – А это адресовалось уже мне, вскочившей почти что в панике, не до конца готовой поверить, что она действительно собирается бросить меня наедине с мучителем. Что это за людоедское желание, чтобы я схлопотала еще одну беду с головой вдогонку уже поврежденной психике?