Слесарь 4

Сразу и начал, зашел в лавку, где, среди прочего торговали, как говорится, писчебумажными принадлежностями. Долго выбирал, купил лист дорогой бумаги и попросил написать мне весь алфавит, снабдив буквы своей транскрипцией. Молодой паренек, хорошо знавший корли, сноровисто мне помог и был отблагодарен серебрушкой. Сидел потом в номере и учил буквы, справился с этим делом за полчаса.

Вечером дошел до лавки в центре, хозяйка которой обещала узнать про комнату.

Городок погружался в сумерки, жизнь в центре затихала, только в некоторых трактирах набралось народа, чтобы создавать шум кружками и тарелками. Неделя в королевстве оказалась двенадцатидневной, с одним полным выходным и одним днем в середине недели, когда работали до обеда. С чем было связано такое странное расписание, я так и не понял, решив принять это, как данность.

Только снова вспомнил родное Черноземье, свою подругу и приятелей, сердце защемило, и я долго стоял на мосту, глядя, как быстрой воде снуют стайки форелей. Сам город Ивор на три четверти состоял из деревенских предместий и на одну из центра, с мощеными булыжником, мостовыми, двух и трехэтажными домами, несколькими дворцами-крепостями для членов королевской семьи, десятками трактиров и постоялых дворов. Попроще на окраинах, посолиднее в центре.

Кстати, что-то я не рассчитал с деньгами, из-за не такой высокой стоимости серебряных и золотых монет, деньги разлетались, как спугнутые птицы. Золота осталась уже половина, после смены гардероба и пары ночей в трактире, серебро еще почти все, но и его тоже на шесть золотых набиралось всего.

Сейчас заплачу за комнату, вперед за пару месяцев и вообще пустой останусь. Думая так, я понимал, что придется вернуться к тайнику и ополовинить его, может, и весь забрать, если придется запускать баню самостоятельно.

Правда, смысла в этом нет никакого, через шесть месяцев я собираюсь добраться до Сатума, уговорить сестру Учителя и его друзей, если они еще все живы, пойти со мной через горы в Астор. Добираться я хочу только на корабле, прямо в столицу криминальной страны, чтобы больше не рисковать передвигаться по дороге. Одного урока мне вполне хватило, чтобы навсегда перестать испытывать судьбу.

Поэтому мне проще договориться с хозяином трактира, предложить в его бане организовать новые услуги, здесь еще неизвестные и делить прибыль. Со временем, конечно, хозяин попробует меня отстранить и сам получать все деньги, но, на полгода или даже меньше, его терпения, думаю, хватит.

Больше мне и не надо.

Прогрессорством я не буду заниматься, с моими делами, сотворенными, хоть и в безлюдных местах, без свидетелей, никакого внимания к моей персоне вообще не нужно привлекать.

Хозяйка лавки встретила меня довольно сдержанно, и я понял, что чужеземец, без знания местной речи, не очень воодушевил ее подругу, как арендатор.