Молчи обо мне

Спим до обеда, а когда я открываю глаза, Женя уже возится с одеждой и говорит, что теперь ее очередь за мной ухаживать. Даже не возражаю.

Остаток воскресенья мы просто убиваем время: едим, что-то друг другу рассказываем, смеемся, обсуждаем фильмы и музыку. Потом я мою машину, а Женя читает вслух какую-то идиотскую книгу. Я обливаю ее водой, и мы снова оказываемся в постели, на этот раз занимаясь любовью медленно, несколько часов подряд.

Ни один из нас не вспоминает о телефоне. А со мной такого давно не случалось.

Но все рано или поздно заканчивается, и мы, собрав вещи, возвращаемся.

По дороге Женя кутается в плед, долго ищет альтернативу рэпу, который я люблю слушать за рулем. И в итоге находит какую-то радиоволну со старьем. И как раз, когда я собираюсь выдать порцию язвительных комментариев по поводу того, какие мы древние, из динамиков раздается «Три белых коня» — и мы хором подпеваем знакомой с детства песне. Как два идиота.

Где-то тут нужно громко притормозить, напомнить себе, что это были просто выходные, а не начало чего-то. Я же не планировал продолжать. Хотел провести время с симпатичной женщиной без комплексов, посмотреть, не стошнит ли меня от ее вида за двое суток. Был уверен, что захочу поскорее вытолкать ее из своей жизни, а в итоге с ней оказалось легко и свободно. Никаких вопросов о нас, никаких планов на следующие выходные. Она просто позволяет этому случиться. Странно, потому что, хоть я и не подарок небес, но обычно женщины стараются сразу прибрать мою тушку к рукам.

Может быть, МДЖ понимает, что со мной так нельзя?

— Обожаю эту песню! — чуть не подпрыгивает Женя, когда из динамиков раздаются знакомые мотивы. Долго пытаюсь вспомнить, откуда они, но в итоге сдаюсь. — Это «Hungry Eyes»! Музыка из «Грязных танцев»! Ну, Артем, ты не мог не смотреть этот фильм!

Она не ждет мой ответ: подпевает и пытается двигать плечами в такт мелодии.

Такая… живая. Совсем другая женщина, не та, которую я забирал из маленькой необжитой студии в субботу утром. Мне приятно думать, что причина этой метаморфозы — я.

Я немного сбрасываю скорость, чтобы посматривать на эту артистку в образе.

Забавная. Смешная. С улыбкой до ушей и светящимися глазами.

И она не трахала мне мозги. Она читала мне книгу, вслух!

— Что ты делаешь, дурочка?

Я успеваю еще немного притормозить, когда Женя тупо перебирается ко мне на руки. Нависает сверху и поет куда-то мне в губы, пытаясь попасть в такт мелодии:

— Я смотрю на тебя, и не могу скрыть свой голодный взгляд… Я чувствую волшебство между тобой и мной…[1]

— Ненормальная, — я закрываю ей рот поцелуем. — Не делай так больше, а то врежемся во что-нибудь.

— Ты не дашь этому случиться, — сияет маленькая дурочка. — Правда?

Кажется, она имеет ввиду что-то совсем другое, но я все равно даю обещание.

Мы прощаемся около ее подъезда: Женя не предлагает зайти, да и на улице уже полночь, так что давно пора разбежаться. Но все же — она не трахала мне мозги. Так еще ни с кем не было.