Европа нового времени (XVII—ХVIII века)
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Серия: История Европы. #4
- Год: 1994
- Язык: русский
- Год: НАУКА
- ISBN: 5-02-009794-2
- Жанр: История
Электронная книга - «Европа нового времени (XVII—ХVIII века)». Краткое содержание книги:
В это же время через успехи рационалистического подхода к действительности вызревает и в XVIII в. становится определяющей составной культурного климата Европы идеология Просвещения, творящая новое культурное единство на светском, надконфессиональном уровне.
Во второй период крестьянская война охватила горнозаводской Урал и Башкирию. Пугачев двинулся на Казань, чтобы выйти в Поволжье и поднять на борьбу населявших его крепостных крестьян. Несмотря на поражение, Пугачев говорил: «Народу у меня, как песку, и я знаю, что вся чернь меня с радостью примет». И действительно, уже в апреле 1774 г. на Белорецком заводе, где остановился Пугачев, у него было 5 тыс. человек, здесь возобновила свою деятельность и его «Государственная военная коллегия». Собрав силы, в начале мая Пугачев выступил в поход и вскоре взял крепость Магнитную. Тут к нему присоединились большой отряд горнозаводских рабочих во главе с Белобородовым и отряд Овчинникова, прибывший с Яика. В середине мая повстанцы, которых уже насчитывалось около 10 тыс. человек, овладели крупной Троицкой крепостью.
В дальнейшем, в одном из боев с корпусом генерал Деколонга, Пугачев потерпел поражение, но быстро оправился от него. Вскоре к нему подошел с большим отрядом башкир Салават Юлаев. И снова, не встречая серьезного сопротивления, Пугачев стал занимать один за другим заводы и города. Когда он подошел к Казани, у него уже было 20-тысячное войско, правда слабо вооруженное (имелось всего 12 пушек). 12 июля штурмом Казань была взята, лишь остатки гарнизона сопротивлялись в Кремле. Но в тот же день на помощь ему подошел большой отряд подполковника И. И. Михельсона, который уже давно шел по пятам Пугачева. Решающее сражение произошло 15 июля, войска Пугачева были разбиты, он потерял много убитыми и пленными, в плен попал и его ближайший сподвижник И. Н. Белобородов. Большая часть башкир вернулась обратно, в Башкирию. А Пугачев с небольшим отрядом оторвался от погони и 17 июля переправился на правый берег Волги.
Так закончился второй период крестьянской войны. Хотя повстанцы и на этот раз потерпели поражение, однако временное занятие Казани, одного из крупнейших городов страны, произвело огромное впечатление. Характер движения показал также, что Пугачев пользуется широкой поддержкой народа.
Третий и последний период крестьянской войны наступил с переходом Пугачева на правый берег Волги. Он вскоре взял Цивильск, а 20 июля — г. Курмыш. Перед ним открывался путь в глубь страны — на Нижний Новгород и далее на Москву. Однако Пугачев не решился на такой шаг и от Курмыша повернул не на запад, а на юг, стремясь попасть на Дон. Такое решение Пугачева объяснялось как его боязнью встретить при движении на Москву крупные силы правительственных войск, так и тем, что, будучи казаком, он именно в казаках видел главную силу для продолжения восстания и поэтому торопился попасть в свои родные края. Начался его стремительный марш в Нижнее Поволжье. Двигаясь вдоль реки Суры, он занимал один за другим города Алатырь, Саранск, Пензу и 6 августа был уже в Саратове.
Появление Пугачева на правобережье Волги стало как бы сигналом к всеобщему восстанию крепостных крестьян. Большую роль в этом, несомненно, сыграл его знаменитый манифест от 18 июля. Он был издан сразу же после перехода Волги, и в нем наиболее ярко проявилась антифеодальная направленность всего пугачевского движения. Пугачев объявлял об отмене крепостной неволи и рекрутчины, всех податей и сборов, о передаче крестьянам земли и, главное, призывал истреблять дворян как «противников нашей власти и возмутителей империи, и разорителей крестьян, ловить, казнить и вешать, и поступать равным образом так, как они, не имея в себе христианства, чинили с вами, крестьянами». Восстание охватило не только районы, прилегавшие к пути следования главной армии Пугачева. Оно распространилось на большую часть Нижегородской, Казанской, Пензенской и Тамбовской губерний. Повсюду возникали многочисленные отряды крестьян, действовавшие под предводительством местных атаманов и вожаков. Они расправлялись с помещиками и наиболее ненавистными чиновниками, разоряли дворянские усадьбы, раздавали крестьянам помещичье имущество, казну и т. д. Имелись случаи, когда расправлялись и с богатыми крестьянами, выступавшими против восстания.
Пожар крестьянской войны готов был перекинуться в центр страны. Московспие дворяне были уверены, что еще до приближения Пугачева к Москве в ней вспыхнет «пламя бунта и народного мятежа»; рязанские крестьяне «в великом азарте» решали на своих сходках не повиноваться властям и говорили о Пугачеве; неспокойно было среди «ружейных мастеровых» Тулы. Генерал П. И. Панин, новый главнокомандующий правительственными войсками по борьбе с восстанием, 13 августа доносил Екатерине II: «Искры ядовитого огня от настоящего самозванца и употребляемых от него ко всей черни прельщений, зачинают пламенем своим пробиваться не только в тех губерниях, коими сам злодей проходил… но обнимают и здешнюю Московскую и Воронежскую губернии».