Разлучи нас, смерть! (СИ)

Джейсон присматривался к Алексу эти пару недель. По правде говоря, он был ему симпатичен. А ещё Джейсону странно было видеть, что человек старше его чуть больше чем на год мог вести жизнь, настолько непохожую на его собственную. Он сам, конечно, был особым случаем: его образ жизни целиком и полностью определялся Астоном, но другие люди их возраста обычно находились только на этапе становления карьеры, занимая, за редкими исключениями, средние или даже стартовые позиции. Если же речь шла о наследниках крупных состояний, особенно в Европе, те вообще в таком возрасте обычно ничем серьёзным не занимались: делали вид, что работают и приносят пользу семейному бизнесу, гораздо больше времени уделяя развлечениям. Алекс Чэн на самом деле работал, руководил, принимал решения.

Возможно, это было связано с тем, что он был частью другой культуры: гораздо более регламентированной и гораздо большее значение придающей долгу. Чэн вряд ли баловал своего наследника. Скорее всего, он готовил преемника с раннего детства, внушая мальчику мысль о том, что ему предстоит работать по шестнадцать часов в сутки, не оставляя времени на отдых и приятное времяпрепровождение. Алекс этим напоминал Астона: тот тоже не мог не работать, ему тяжело было расслабиться, и, оказавшись вдруг на отдыхе, он просто не знал, куда себя деть. Может быть, ещё и поэтому Астон был так привязан к бывшему любовнику: Джейсон мог заставить его забыть обо всём — и не на час в постели, а на весь вечер, на сутки, двое… Дэниел часто говорил, что только рядом с ним он чувствует настоящий покой.

Алекс поднялся на террасу. Он был весь в белом: довольно красиво, когда у тебя тёмные волосы и смуглая золотистая кожа.

— Проводишь здесь сиесту? — спросил Алекс, широко улыбнувшись. Глаза его не улыбались и смотрели напряженно, даже немного неуверенно.

Джейсон уже в который раз замечал, что Чэн, общаясь с ним, с одной стороны, довольно напорист, с другой же — словно сомневается в правильности своих действий. В этом было что-то незрелое, совсем юное. Увидь это Джейсон в любом другом человеке, такое поведение вызвало бы у него усмешку; в Алексе же это воспринималось как знак особого отношения, может быть, даже доверия. Он как будто приподнимал уголок маски… или же не мог носить её рядом с Джейсоном.

В ответ на вопрос он еле заметно пожал плечами:

— Наслаждаюсь уединением.

Достаточно этого, чтобы Алекс понял, что он не очень-то хочет с ним разговаривать?

— И всё же я его нарушу.

Чэн намёк понял, но отступать не собирался.

— Я возвращаюсь в Гонконг в начале сентября, — сказал он, опускаясь в кресло по соседству с тем, в котором сидел Джейсон. Они не смотрели друг на друга. — Я хотел бы получить окончательный ответ на свой вопрос до отъезда.

Джейсон чуть повернул голову в его сторону:

— Надеешься, что я поменяю решение?

— Честно говоря, да. Эта цена, которую придётся платить не только мне, но и всей моей семье.

— А на что ты рассчитывал? Что я буду встречаться с тобой в «Мандарин Ориентал» раз в неделю в обмен на дорогие подарки? Или что я принимаю чеки? Я не мальчик по вызову.