Осада Кавказа. Воспоминания участников Кавказской войны XIX века

Во время пребывания своего в Дрездене, в самый период сильных страданий, князь Барятинский говорил всем посещавшим его о непременном намерении своем возвратиться к осени на Кавказ. В какой степени были искренни эти заявления — не знаю; но во всяком случае он в это время не переставал заботиться о делах кавказских, показывал живое участие в решении разных вопросов и часто обращался ко мне письмами, в которых высказывал свои виды, ходатайства и мнения. Генерал-адъютант князь Григорий Дмитриевич Орбельяни, на которого возложено было временное исполнение обязанностей наместника и главнокомандующего, не решался принимать какие-либо новые меры без указания фельдмаршала. Все перемены в личном составе кавказских управлений решались не иначе, как по желанию князя Барятинского. В своем месте уже было упомянуто о последовавших на Пасху новых назначениях генералов Карцева, заменившего Филипсона, Зотова и полковника Лимановского, заменивших Карлгофа и Ольшевского. Все эти вновь назначенные лица вступили в свои должности уже по отъезде князя Барятинского с Кавказа; а генерал-майор князь Мирский, перемещенный с правого фланга на левый, возвратился из отпуска лишь в мае месяце.

Между тем в течение лета спокойствие в Дагестане было на короткое время нарушено безрассудным покушением шайки, гнездившейся в неприступных горах Ункратля (в самых верховьях Андийского Койсу). Для производившихся построек в укреплении Преображенском (близ прежнего аула Ботлых, на Андийском Койсу) три роты Куринского пехотного полка заготовляли лес. Пока большая часть людей находилась на работе, в лагере оставалось человек 30 солдат при трех офицерах. 26 мая на эту горсть людей внезапно напала шайка Каракуль-Магомы, так неожиданно, что два офицера и 11 нижних чинов были убиты, а третий офицер и 5 рядовых изранены. Предводитель шайки, ободренный успехом, задумал броситься в Аргунское ущелье на соединение с другими разбойничьими шайками Умадуя и Атабая. В то время только приводилась в исполнение предписанная передача Ункратля из Терской области в состав вновь образованного в Дагестане Андийского округа. Назначенный начальником этого нового округа, опытный и отважный генерал-майор Лазарев, находившийся в то время в Гумбете, получив известие о нападении 26 мая, немедленно послал на место происшествия своего помощника Хаджио, бывшего казначея Шамилева, а сам начал поспешно собирать отряд и туземные милиции. В середине июля он двинулся с этим отрядом в Ункратль по едва проходимым горным тропам и 17-го числа подступил к главному притону хищников — аулу Харши. Появление в первый раз русских войск в этих недосягаемых горных трущобах произвело своею неожиданностью сильное впечатление на горцев. Шайка, окруженная и притиснутая к непроходимым горам, просила помилования; только сам предводитель ее Каракуль-Магома с семью сообщниками, не хотевший сдаться, был схвачен милиционерами, и таким образом, благодаря энергическим распоряжениям Лазарева, спокойствие в этой части края было восстановлено.