Революційна доба в Україні (1917–1920 роки): логіка пізнання, історичні постаті, ключові епізоди

Книга И. Михутиной привлекает внимание прежде всего тем, что в ней вводятся в научный оборот новые документальные сведения, уточняются известные факты. Но еще больший интерес вызывает осуществленная автором реконструкция опыта выхода России из империалистической войны, в центр которой логически поставлен конфликт между ленинским СНК и Генеральным секретариатом Украинской Народной Республики.

И. Михутина реализовала часть замысла, о котором публично заявила некоторое время тому назади1372: из многообразия событий 1917 — начала 1918 гг. вычленила чрезвычайно сложные, запутанные, противоречивые взаимоотношения между социальной (всероссийской) и национальной (региональной) революциями и попыталась «вписать» их в геополитический контекст решений Брестской конференции. Основным итогом последней, как известно, явились мирные договоры между странами Четверного союза, с одной стороны, Украинской Народной Республикой и РСФСР — с другой.

Автор фронтально изучила документы центральных архивов России и Украины, доступные публикации документов, историографию проблемы и воссоздала достаточно полную картину процесса подготовки и проведения переговоров. Весьма конструктивным представляется ее подход к трактовке взаимовлияний между всероссийским революционным процессом после Октября и национально-освободительной революцией на Украине, когда вторая стала по существу периферией первой, в результате чего большевистское руководство рассматривало украинскую проблему в конце осени — начале зимы 1917 г. как производную от донской (с. 85), иначе говоря — как составную часть задачи подавления кадетско-калединского заговора. Правда, может быть несколько точнее было бы говорить о событиях в Украине не как о периферийных (с очевидным налетом второстепенности), а как о специфическом и притом важном (если не ключевом) сегменте тогдашней политической жизни, всеобъемлющего революционного процесса. Однако гораздо существеннее другое — стремление объяснить развитие кризиса во взаимоотношениях между Советской Россией и Украинской Народной Республикой не с точки зрения поиска различий двух национально-государственных образований, доводя их своеобразие до антагонизма, чем в последние годы особенно отличается украинская историография, а с точки зрения их объективного взаимодействия, что представляется более адекватным восприятием реального опыта. Это позволяет понять всю противоречивость ситуации, разложить «по полочкам» «транзитные акции» Центральной Рады, Генерального секретариата. Речь идет, в частности, о согласии Центральной Рады в момент образования Комитета по охране революции (25 октября) на требование большевиков не пропускать через Украину контрреволюционные части с Юго-Западного и Румынского фронтов в направлении Петрограда и Москвы, о разрешении передислокации в пределы Украины Ставки Верховного Главнокомандующего, о содействии проезду на Дон казачьих частей и одновременных препятствиях переброске на север революционных частей (с. 38, 39, 44, 75–100 и др.).