Галактический вор

А причиной была огромная сфера влияния Анольдиса. Несмотря на свою молодость, король крепко держал в руках все принадлежащие ему звёздные системы и решительно расправлялся с бунтовщиками, если таковые находились. В другое время он бы с лёгкостью раздавил бы и Федерацию, но из-за попустительства старого короля, его отца, сторонники Федерации были и на других планетах. Анольдис ненавидел своего отца за подобную мягкотелость. Он считал, что старый король собственными руками взрастил «ядовитую поганку» на теле Галактики, и теперь удалить её вместе со всей «грибницей» будет очень непросто. Даже в случае полной победы и разгрома Федерации у Анольдиса не могло быть уверенности, что часть бунтовщиков не улизнёт в другие системы и не засядет там, выращивая новую «плодоножку» мятежа.

Однако о победе думать пока было рано. Находились недовольные управлением короля и в его собственных звёздных системах, но даже целые планеты не могли противостоять огромному флоту короля, поэтому их можно было не опасаться.

А вот Федерации Анольдис побаивался.

Его злило, что какой-то мелкий король вместе со своей наглой и высокомерной дочкой-принцессой не согласились объединиться с ним, хотя он оказал этой девушке высокую честь даже тем, что просто обратил на неё свой благосклонный взор, ведь его система была гораздо больше и богаче её системы Сол. А принцесса не побоялась открыто бросить ему вызов, отказавшись стать его женой. Кроме того, она не поменяла своего мнения, когда он атаковал её звёздную систему. И даже после того, как он успешно захватил несколько звёздных систем поблизости, сжимая систему Сол в тиски. Как будто принцесса надеялась выстоять! И не боялась возмездия, которое непременно обрушится на неё в ответ на такое унижение. Эта её самоуверенность выводила его из себя. Каждый раз, когда он думал о принцессе, внутри у него всё переворачивалось. Он был абсолютно уверен, что покорит её, подомнёт под себя во всех смыслах и овладеет хотя бы однажды, сорвав цветок её невинности. Но этого не произошло, и принцесса была недосягаема. А король, привыкший получать всё, что хочет, не мог ей такого простить.

Резко развернувшись на каблуках, король быстрыми шагами покинул тронный зал.

Офицеры, которых он встретил в коридоре, торопливо отсалютовали ему с испуганными взглядами. Но Анольдис никак не отреагировал на них. Он поднялся в лифте на верхний этаж своего замка, откуда с закрытой смотровой площадки расстилалась огромная звёздная панорама, и плотно захлопнул за собой дверь.

— Кеолаян! — звучно позвал он в пустоте, и его голос эхом отразился от стен.

Через несколько секунд в центре зала появилась светящаяся точка, которая быстро увеличилась и приобрела очертания прозрачного человека в светлой одежде, похожей на мантию.

Человек, если его можно было так назвать, выглядел лет на сорок. У него было чуть удлинённое лицо с ярко светящимися зелёными зрачками. Его тёмные кудрявые волосы спадали ниже плеч и лежали неподвижно, даже когда человек перемещался по комнате. Мужчина-призрак посмотрел на Анольдиса, и его глаза поблёкли, приобретая почти нормальный вид.