Шеф-повар Александр Красовский 3 [СИ]

Те переглянулись. Добродушный тон капитана по их опыту сулил немало неприятностей провинившимся. Вот только кто сейчас являлся таковым, пока оставалось загадкой.

– Товарищ капитан, тут такое дело, – первым среагировал лейтенант Ильин. – обсуждаем донесение агента «Фукса». Лейтенант Иванов только, что ознакомил меня с ним.

– Ну, и? – нахмурился капитан.

– Согласно донесению агента «Фукса», которому мной поручено отслеживать контакты финского гражданина Эрика Хансена, последний начал активно общаться с Красовским Александром Владимировичем, работающим диктором нашего радио и телевиденья. – казарменным тоном доложил Иванов.

– Так, так, так, и в чем тут у вас загвоздка? Они, что вместе по бабам ходят, или там дела серьезней обстоят, – хмыкнул капитан, добродушие из его голоса испарилось, и лейтенанты слегка приободрились.

На этот раз слово взял Ильин.

– Понимаете, Николай Капитонович, когда лейтенант Иванов зашел сообщить мне эту новость, я обратил внимание на тот момент в донесении, где указывается, что Красовский и Хансен свободно разговаривают на шведском языке. Вместе они нигде не появлялись, общих знакомых у них не имеется. Общение проходит только во время репетиций в театре. Но это не точно. Сейчас мы решаем достаточный ли это повод для установления наружного наблюдения за этими фигурантами.

– Получается, Красовский свободно говорит по-шведски? – заинтересованно воскликнул капитан.

– Так точно, – в унисон отрапортовали лейтенанты и уставились на своего начальника, как на гуру, который вмиг разрешит все их вопросы и сомнения.

– Вопрос, конечно, интересный, ребята, но у меня появился документ, в какой-то мере поясняющий знание языка агентом «Марат».

Капитан открыл папку и достал оттуда какую-то бумагу.

– Это протокол допроса, или беседы, проведенной с Красовским в ленинградском окружном госпитале. Наши коллеги по моей просьбе его отрэмили на ЭРЕ, и копию доставили фельдъегерской службой с другими документами.

Он передал копию, напечатанную на розовой бумаге красными чернилами в руки Евгению Ильину.

– Вот там, на второй странице записаны слова Красовского, что он еще до армии самостоятельно пытался изучать шведский язык.

– Оба лейтенанта негромко хохотнули.

– Так, товарищ капитан, это ведь две большие разницы, изучать язык и свободно говорить на нем. – заметил Иванов.

– Трудно сказать, – задумчиво протянул Сивков, – возможно, Красовский просто считал, что знает его хуже, чем финский. Вы видели, как он по-фински новости читает? Никому в голову не придет, что для него этот язык не родной.

Я, как раз шел, товарищ Ильин, чтобы тебе по этому поводу пистон вставить. Плохо ты с ним работаешь. Спас тебя Иванов от пистона. Но на всякий случай сделайте запрос в публичную библиотеку, был ли Красовский её посетителем, а если был, какие книги получал.