Целитель-5

«Дублерку» Славин стыдливо припрятал в тени передвижки, так что в фокус объективов попали мы одни — выпускники с фронтовиками, старые и малые. Вайткус попытался составить компанию капитану КГБ, но не тут-то было.

— Арсений Ромуальдович, — начал я со зловещим присвистом, — вы организовали?

— Етта… — замешкался Вайткус, слегка бурея. — Да просто знакомый у меня на студии «Юность». Вот я его и… того… привлек.

— Вот и давайте… того… на первый план! Арсений Ромуальдович Вайткус, — торжественно объявил я, — директор Центра НТТМ «Искра» и командор автопробега «Навстречу XXV съезду КПСС»!

Моложавый тележурналист, не по сезону затянутый в кожу, шмыгнул красным носом.

— Арсений Ромуальдович, — со вкусом произнес он, — расскажите телезрителям о деятельности вашего Центра.

Вайткус, с укоризной посматривая в мою сторону, приосанился.

— Наш Центр собрал талантливую молодежь, старшеклассников и студентов, объединенных общей целью — добиться того, чтобы все изделия, выпущенные в Советском Союзе, были признаны лучшими в мире…

Ромуальдыч увлекся, глазастые объективы гуляли по нашим лицам, по машинам, задерживаясь на «ЗиСе». Как по заказу, растаяли залетные тучки, и снова хлынуло солнце, избавляя от противной зябкости. Стали подтягиваться зрители. Уж как они, без сотовых и «вацапок», разносили инфу, не ясно, но вскоре гуляющий народ собрался плотным кордоном, почтительно окружив площадку по периметру.

И тут стали происходить события. Подкатили сразу три огромные, будто бы распластанные машины — два укороченных «утюга» «ЗиЛ»-117 с охраной, плюс приземистый «советский «каддилак» — 114-я модель. Телеоператоры растерялись, не зная, позволено ли им снимать прибытие ОВП. Но на всякий случай запечатлевали тайком — для истории.

Прикрепленные живо исполнили ритуальные маневры, и показался виновник переполоха — министр обороны Устинов. Дмитрий Федорович неторопливо приблизился к Арсению Ромуальдовичу и крепко, с размаху, пожал ему руку.

— Здорово, — прогудел он. — Что ж ты не позвонил, а? Совершенно случайно узнал, что ты здесь, да и когда — за завтраком!

— Етта… — развел Вайткус руками. — Тревожить большого человека…

— И как тебя только Марта твоя терпит, не понимаю, — проворчал Устинов. — Ну, докладывай.

— Слушаюсь, товарищ генерал армии! — ухмыльнулся Ромуальдыч, и коварно выхватил меня со второго плана. — Знакомьтесь. Миша Гарин. Он по этим делам… Ну-у… Как минимум, полковник!

Министр обороны поправил папаху, отчего в очках поблекли «зайчики».

— Докладывайте, товарищ полковник, — в рокочущем голосе Устинова не слыхать было шутейности, лишь в прищуре глаз угадывались смешливые огоньки.

— Лучше один раз увидеть, товарищ генерал армии, — улыбнулся я, по эстафете подзывая деда Егора со товарищи. Фронтовики несмело приблизились. — Перед вами офицеры, солдаты и сержанты, прошедшие всю войну, от Москвы до Берлина, а кое-кто и японцам жару давал. Вы ничего необычного в них не замечаете?