Истории Темной Стороны (Сборник) (ЛП)

— Почему вы думаете, что были убиты? — прямо спросил я.

— Потому что в моей памяти дыра, — ответила она. — Я не помню, как пришла сюда, не помню, как умерла здесь, но теперь я — призрак и не могу покинуть этот бар. Что-то удерживает меня. Что-то нужно исправить — я чувствую это. Пожалуйста, помогите мне. Не оставляйте меня так.

Мне всегда нравились слезливые истории. Идут в комплекте с работой и территорией. Она не могла заплатить мне, а я обычно избегаю благотворительности… Но мне только что заплатили и у меня не было никаких других дел, поэтому я коротко кивнул и обдумал эту проблему. Удивительно, но, если задуматься, в Тёмной Стороне не так уж много призраков. У нас есть всяческие сверхъестественные явления, которые только можно представить и никогда не бывает недостатка внезапно скончавшихся. Любой с Взором может увидеть призраков, записанных в самих камнях, где мгновения прошлого отпечатались в своём окружении, бесконечно повторяясь, словно насекомые, застывшие в янтаре… потерянные души, осуждённые блуждать в мире из-за трагических преступлений или неоконченных дел.

В Тёмной Стороне очень мало призраков, как таковых. Атмосфера здесь настолько насыщена магией, сверхнаукой и повсеместными ужасными делами — всё это затапливает и заглушает все меньшие сигналы. Хотя всегда есть несколько упрямых душ, которым ничто не указ. Вроде Длинного Джона Болдуина, который допился до смерти в моём обычном баре, „Странных Парнях“. Свалившийся замертво, когда подносил ко рту последний стакан Яда Валгаллы и рухнувший на пол, всё ещё с улыбкой на лице. Владелец бара, Алекс Морриси, убрал тело, но, даже раньше своих похорон, Длинный Джон вернулся на своё родное место в баре, потребовав новую бутылку. Полдюжины неудачных экзорцизмов спустя Алекс сдался и нанял Длинного Джона, как сменного бармена и охранника. Длинный Джон пьёт воспоминания о старом пойле из пустых бутылок и наслаждается компанией приятелей-алкашей, как он всегда и делал (они — неразлучная компания в „Странных Парнях“). И, как говорит Алекс, призрак умнее сторожевого пса или охранной системы и гораздо дешевле.

Я чувствовал тонкую напряжённость в воздухе, неправильность, словно была причина, почему этот призрак не должен был находиться тут. Она была необычно сильным проявлением — никакой прозрачности, никакого истончения по краям. Обычно это означало сильный характер, когда она была жива. Она не вздрогнула, когда я взглянул на неё повнимательнее. Она была высокой, стройной брюнеткой, с аккуратно уложенными волосами и минимумом косметики, в длинном белом платье, настолько напоказ простом, что оно, должно быть, влетело в копеечку.

— Вы знаете своё имя? — наконец спросил я.

— Холли Де Линт.

— И что такая хорошенькая девушка, как вы, делает в подобном месте?

— Я не знаю. Обычно меня не замечали мёртвой в подобных местах.

Мы оба слегка улыбнулись. — Мог ли кто-то привести вас сюда, Холли? Мог ли тот человек…

— Убить меня? Возможно. Но кто мог меня знать в таком месте?

Она была права. Такая женщина не принадлежала этому месту. Поэтому я оставил её сидеть за столом и принялся нарезать круги по бару, вежливо опрашивая постоянных клиентов. Большинство из них не испытывало желания разговаривать, но я — Джон Тейлор. У меня есть репутация. Не очень хорошая, но это означает, что люди будут говорить со мной, даже если они не говорят ни с кем больше. Они не знали Холли. Они ничего не знали. Они ничего не видели, потому что пришли в подобный бар не за тем, чтобы интересоваться проблемами других людей. И они действительно могли не заметить призрака. Один из побочных эффектов чрезмерной выпивки — то, что она закрывает Взор, хотя вы можете закончить тем, что станете видеть несуществующие вещи.

Я вернулся к Холли, всё ещё терпеливо сидящей за столом. Я сел напротив неё и использовал мой дар, чтобы узнать то, что случилось в её недавнем прошлом. Слабые пастельные образы Холли появились по всему бару, время от времени мерцая там, где она пыталась говорить с людьми или просила помощи, или пробовала уйти и её отбрасывало назад. Я сосредоточился, разбирая различные образы, пока не нашёл память о последнем, что она сделала, когда была жива. Я встал из-за стола и прошёл по следу живой Холли, весь путь, в дальний конец бара, к туалетам. Она вошла в женский, а за ней я. К счастью, там больше никого не было, ни тогда, ни теперь, так что я мог без помех наблюдать, как Холли Де Линт открыла кабинку, села, а потом запила горсть таблеток изрядным глотком виски из бутылки. Она проделала это вполне систематически, без слёз или истерики, её лицо оставалось холодным и даже равнодушным, хотя глаза выглядели ужасно печальными. Она убила себя таблетками и алкоголем. Последний образ показал её медленное падение вбок, бутылка выскользнула из её онемевших пальцев, когда последний свет померк в её глазах.

Я вернулся в бар и снова сел напротив Холли. Она смотрела на меня пытливо и доверчиво. И что я мог сделать, кроме как сказать ей правду?

— Не было никакого убийцы, Холли. Вы покончили с собой. Можете сказать мне, почему…

Но она ушла. Мгновенно исчезла, пропала с лица земли, как лопнувший мыльный пузырь. Не осталось никакого знака, что кто-то только что сидел тут.

Поэтому я вернулся к барной стойке и рассказал Макси, что произошло, а он рассмеялся мне в лицо.